?

Log in

No account? Create an account
Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Пожаловаться Next Entry
Троцкизм. Концепция «революционного поражения» (2)
Карандаш
tekstus
Часть-1 Часть-2
 
20190727_00-00-Троцкизм. Концепция «революционного поражения»-pic1
Лев Троцкий. 1940
.
Троцкизм. Концепция «революционного поражения»
ИА Красная Весна | 27 июля 2019 г. 00:00 / Елена Бернар

Так в каком состоянии находились троцкисты к началу Великой Отечественной войны?

Среди историков троцкизма нет сомнений в том, что троцкисты «были не готовы к войне», а после смерти Троцкого в августе 1940 года и вовсе «растерялись».

Марк Лазар так описывает итог троцкистской возни: «Столкнувшись с фашистской угрозой, перед лицом единства коммунистов и социалистов и массовой мобилизации во Франции и Испании, троцкисты должны были заставить себя услышать. Однако они были слишком слабы и вряд ли могли весить как самостоятельная партия».

Причины провала троцкистов не исчерпываются их слабостью и неспособностью к единству.

Троцкисты обозначили своим главным врагом СССР и все их усилия были направлены именно на эту борьбу.

Как писал бельгийский политик и исследователь Людо Мартенс: «В тридцатые годы Троцкий стал без преувеличения мировым экспертом по антикоммунизму. Даже сегодня правые идеологи штудируют работы Троцкого в поисках оружия против Советского Союза времен Сталина».

Книги и статьи Троцкого переводились западной прессой на десяток языков, а пропаганда гитлеровской Германии использовала его наработки.

Биограф Гитлера Конрад Гейден рассказал в своей книге «Дер Фюрер» о том, что Гитлер в 1930-е годы восхищался автобиографией Троцкого «Моя жизнь»: «Блестяще! — говорил Гитлер своим собеседникам. — Меня эта книга научила многому и вас она может научить».

Пока нацисты готовились к агрессии против Советского Союза, Троцкий призывал к восстанию против Сталина. С его точки зрения, лучшей подготовкой к войне с нацизмом было бы свержение большевиков. «Только восстание советского пролетариата, свержение позорной тирании новых паразитов, может спасти остатки достижений Октября», — писал он. При этом вряд ли Троцкий мог не осознавать, кто именно в реальности тут же воспользуется свержением советского строя.

Антисоветские заявления Троцкого ничем не отличались от тезисов контрреволюционеров, но при этом подавались под соусом радикальной революционности: «Мы обвиняем правящую клику в преобразовании себя в новую аристократию, угнетающую и грабящую массы… Высший слой бюрократии живет примерно того же рода жизнью, как и благополучный буржуа в Соединенных Штатах и других капиталистических странах».

20190727_00-00-Троцкизм. Концепция «революционного поражения»-pic6


Новый виток информационной войны был развязан после подписания Договора о ненападении между СССР и Германией от 23 августа 1939 г. Который, напомним, был заключен после подписания западными странами договора с Гитлером о разделе Чехословакии (так называемого Мюнхенского сговора). Троцкий раз за разом повторяет свой тезис о том, что «дело идет не о рабочем государстве вообще, а о выродившемся, загнивающем рабочем государстве». И если Брест-Литовский мир был заключен во имя революции, то договор с Германией 1939 г., по утверждению Троцкого, был подписан «только в интересах правящей кремлевской клики и в ущерб интересам международного пролетариата».

Именно Троцкий одним из первых ввел в оборот концепцию сходства фашистской Германии и СССР (концепцию «двух тоталитаризмов»). Причем гитлеровский тоталитаризм, по мнению Троцкого, был лучше советского, по формуле: «Гитлер = Сталин, но Гитлер лучше». «Политические методы Сталина ничем по существу не отличаются от методов Гитлера. Но в сфере международной политики разница результатов бьет в глаза. Гитлер за короткое время вернул Саарскую область, опрокинул Версальский договор, захватил Австрию и судетских немцев, подчинил своему господству Чехословакию… За те же годы Сталин не знал на международной арене ничего, кроме поражений и унижений (Китай, Чехословакия, Испания). Искать объяснения этой разницы в личных качествах Гитлера и Сталина было бы слишком поверхностно. Гитлер несомненно проницательнее и смелее Сталина», — писал Троцкий в статье «Гитлер и Сталин» в марте 1939 г.

В последних статьях Троцкого его аналитика и вовсе не выдерживает критики, его оценки деятельности Сталина полны желчи и мстительности.

«Сталин не способен воевать; а когда он оказывается вынужден воевать, он не способен дать ничего, кроме поражений», — пишет Троцкий в статье «Капитуляция Сталина», вышедшей также в марте 1939 г.

«В случае вовлечения СССР в мировую войну, с ее неисчислимыми жертвами и лишениями, все обиды и насилия, вся ложь официальной системы вызовут неизбежно глубокую реакцию со стороны народа, который совершил в этом столетии три революции», — надеется Троцкий в декабре 1939 г. в уже упоминавшейся выше статье «Двойная звезда: Гитлер — Сталин».

Таким образом, Троцкий стал главным пропагандистом пораженчества и капитулянства в Европе и СССР. Поразительно, что, желая поражения «сталинизма», Троцкий не говорит о судьбе, уготованной гитлеровцами русским, и готов вступить в любой союз ради своей идефикс.

Как писал Черчилль в мемуарах «Великие современники»: «Троцкий… стремился мобилизовать всех подонков Европы для борьбы с русской армией».

При этом если бы ненависть диссидентов была единственным мотивирующим средством, то троцкизм вряд ли протянул бы так долго. Но антикоммунистические выпады заинтересовали представителей западных элит. И эти элиты предоставили троцкистам опеку, руководство и финансирование.

Информация о том, что издательская и политическая деятельность Троцкого финансировалась американскими медиа-группами и французской буржуазной прессой, была известна Коминтерну. Как отмечал ветеран разведки И. А. Дамаскин: «Уже за первые его статьи в „Дэйли Экспресс“, „Нью-Йорк Геральд Трибюн“, „Нью-Йорк Таймс“ и других он получил 10 тысяч долларов, по тем временам огромную сумму. Вскоре он получил еще 45 тысяч долларов. Теперь можно было не только хорошо и безбедно жить, но и начать выпуск журнала „левой“ оппозиции».

Достаточно посмотреть на длинный список статей и интервью, выходящих в зарубежной прессе, чтобы понять, что Троцкого охотно продвигали и оплачивали. Он был нужен крупному капиталу, стоящему за спиной СМИ. Его статьи выходили, в том числе и в профашистских изданиях, таких, как итальянская Corriere della Sera. Совершенно очевидно, что вся зарубежная пресса была на троцкистской стороне.

Наблюдая склоки и шатания в рядах французских троцкистов, в 1938 году спонсоры высылают во Францию куратора из США. Секретарь IV Интернационала Шерри Манган, журналист, а затем военный журналист изданий Time и Life, сыграет ключевую роль в консолидации и развитии троцкизма во Франции и во всем мире. Он объединяет троцкистские кружки в Аргентине, Чили, на Кубе, в Индии и Британии. Таким образом, «крупная американская буржуазная пресса помогает в консолидации международного троцкизма». Позднее бывший троцкист из Аргентины Либорио Хусто в книге «Лев Троцкий и Уолл стрит» раскроет связи Мангана с американскими спецслужбами.

С поражением Франции в 1940 г. центр троцкизма официально переместился в США.

Французский историк Анни Лакруа-Риз обнаружила в Национальных архивах Франции ряд документов, датированных 1935–1946 гг., раскрывающих механизм использования троцкистского движения в идеологической войне. Предоставленные ей источники «не оставляют никаких сомнений в том, что гитлеровская Германия, а затем США использовали троцкистов против коммунистов как перед войной, так и во время оккупации».

Несколько донесений и аналитических выкладок, обнаруженных Анни Лакруа-Риз, посвящены «финансовой роли Германии в реорганизации троцкистской партии во Франции». Конечно, французов прежде всего волнует то, что троцкисты подрывают обороноспособность Франции: «Предыдущая информация из других источников показывала, что революционные левые поддерживались немецкими фондами… В этой связи отмечается, что немцам, <…> удалось найти расположение у бывшего комиссара, в котором преобладают два чувства: ненависть к Сталину и ненависть к французской буржуазии. С другой стороны, следует отметить, что после присоединения французских социалистов и коммунистов к идее национальной обороны в интересах СССР, гитлеровский рейх больше не может рассчитывать на посев революционного пораженчества во Франции, проводимый троцкистами. (То есть, добавим мы, они его проводили! — Е. Б.) Наконец, нужно добавить, что Германия, несмотря на небольшое число вовлеченных агитаторов, не ошибается в отношении ценности инструмента деморализации, который они будут представлять во время войны».

При этом все понимают, что троцкисты нацелены прежде всего против коммунизма. В документе из Национальных архивов от 26 июля 1935 г. говорится: «Речь идет о подготовке «национальной конференции в мэрии Сен-Дени»… Основная цель конференции — «стимулировать обмен между различными тенденциями: синдикалистами, анархистами, троцкистскими коммунистами… для проведения «кампании в прессе и антикоммунистических собраний».

И, наконец, среди обнаруженных Анни Лакруа-Риз документов есть досье, в котором содержатся стенограммы допроса Гельмута Кнохена комиссаром Верховного суда от 4 января 1947 года. Кнохен был командующим полицией безопасности во Франции до мая 1942 года, когда он был поставлен под руководство Карла Оберга, верховного начальника СС и полиции во Франции. Вот выдержка из показаний Кнохена: «Были созданы подпольные радиостанции, тема этих передач состояла в том, чтобы критиковать эволюцию русского коммунизма и, в частности, Сталина, указывая на то, что он все дальше и дальше отходил от первоначальных доктрин Маркса и Ленина. Короче говоря, это была троцкистская пропаганда, призванная разобщить различные коммунистические организации, вселяя дух сомнения в умы. Барбе, который сам был коммунистом, подготовил текст передач, а также выступил по радио. Конечно, были и другие французские соавторы для этих передач кроме Барбе, но я не знаю их имен».

К началу 1940 года контакты между французскими троцкистами распадаются. А к 1941 году во французском троцкистском движении остается уже менее 100 человек.

Часть основателей IV Интернационала эмигрирует: Марсо Пивер скрывается в Мексике, Раймонд Молинье, совершив мошенничество, убывает в Лондон, а затем в Бразилию, а Альфред Росмер — в США.

«Социалистическая партия рабочих и крестьян» (PSOP) во время войны практически бездействует.

Бездействует и Барта. «Во время войны группа Барта отказалась от любого вида сопротивления. Он принципиально придерживается позиции: эта война носит „империалистический“ характер и не касается рабочего класса. Он критикует националистическое „отклонение“ некоторых троцкистов», — пишет исследователь троцкизма Шарпье.

Даниэль Герен и еще несколько человек продолжают придерживаться того, что они называют «интернационалистической» позицией, противопоставляя ее «шовинизму» бойцов Сопротивления. Они распространяют листовки среди немецких рабочих и солдат оккупационной армии. Однако их бюллетени выходят редко, а распространение листовок носит эпизодический характер.

Давид Руссе (один из основателей Международной рабочей партии (POI)) и корреспондент американских журналов Fortune и Time, арестован французской полицией в 1943 году за пропаганду среди солдат вермахта и депортирован в Бухенвальд. Освобожденный английскими войсками, после войны он много писал о концентрационных лагерях. При этом, хотя он и сидел в фашистских застенках, но обличает в основном советскую лагерную систему. Он первым ввел термин «ГУЛАГ» в качестве символа «советского тоталитаризма», а в 1949 году опубликовал в Figaro призыв к «бывшим узникам нацистских лагерей» создать комиссию для инспекции советских лагерей. Исследования Руссе не раз разоблачались за клевету.

Пьер Навиль, арестованный в 1940 году и освобожденный в 1941-м, спокойно продолжил обучение философии, а затем стал социологом в Национальном центре научных исследований (CNRS). Семейный банк Навилей щедро финансировал восстановление троцкизма после войны.

Пьер Буссель (Ламбер) во время «странной войны» распространял листовки среди французских солдат, призывая их к «революционному поражению». Он был арестован французской полицией в «нарушение приказа от 1 сентября 1939 года о публикации текстов, наносящих ущерб моральному духу армии и населения». Приговоренный к тюремному заключению, бежал из тюрьмы. Соратники, включая Дэвида Корнера (Барта), обвиняли его в предательстве и в выдаче товарищей.

Во время оккупации Ламбер был исключен из Международной коммунистической партии, а в декабре 1943 вступил в другую троцкистскую группу и продолжал распространять идеи «революционного пораженчества». Он выступал против лозунга французской Компартии, которая, сражаясь за освобождение Франции от фашистов, выдвинула лозунг: «Каждому по бошу!» (бош это немец; вариант советского «Убей немца!»). Ламбер противопоставил этой борьбе идею братания французских рабочих с немецкими солдатами: «В каждом немецком солдате прячется рабочий». Отметим, что на деле с самого начала войны становится очевидным, что любые упования на такое иллюзорное братание с треском провалились.

Лишь отдельные троцкисты участвуют в Сопротивлении, среди них Жерар Розенталь. После войны вместе с Давидом Руссе он также занимается обличением «ГУЛАГа».

Весьма интересен факт спасения из гитлеровских застенков не успевших эмигрировать троцкистов. Так, арестованный в 1940 г. Борис Суварин был освобожден и переправлен в Америку агентом Ми-6, офицером французской армии Анри Ролланом. Авантюрист Молинье также работал на МИ-6. Он был направлен англичанами в Лиссабон, «откуда из-под носа у немцев увел несколько троцкистских боевиков».

Американцы высоко оценили роль, которую играли троцкисты в антикоммунистической пропаганде. К 1945 году американская секция IV Интеранционала наладила постоянный контакт с Францией.

В еще одном обнаруженном Анни Лакруа-Риз досье — о «Международной коммунистической партии» — подтверждается информация о финансировании IV Интернационала и лично Пьера Навиля американцами.

В секретном рапорте N 71 от 8 мая 1945 года говорилось: «Под руководством г-на Навиля (члена семьи швейцарских банкиров Навиля, — Е. Б.) и г-на Грюнберга (румынской национальности, — Е. Б.) троцкистское движение возрождается во Франции. Его возрождению способствовала тактика Коммунистической партии по «поддержке национальной политики буржуазных партий».

«В правительственных кругах считается, что троцкисты в настоящее время финансируются определенными группами в Англии и особенно в Соединенных Штатах. <…> Коммунисты на юге Франции убили троцкистского эмиссара из Швейцарии. На его трупе был найден чек на пятнадцать миллионов, выданный Naville Bank на имя г-на Навиля, выписанный на предъявление в Американском банке Парижа (Chase Bank)». Наконец, в досье отмечалось: «Из надежного источника сообщается, что американцы вмешиваются в финансирование троцкистского Интернационала, особенно во Франции, где эта деятельность продвигается с определенной энергией».

20190727_00-00-Троцкизм. Концепция «революционного поражения»-pic7
Андре Бретон, Диего Ривера и Лев Троцкий. 1938


С началом осуществления плана Маршалла Европа оказалась в существенной степени под контролем США. На Францию проливается финансовый дождь. Как пишет Шарпье, «за исключением коммунистов, все остальные получили свою долю». Политические и профсоюзные движения практически переходят под контроль основанного в 1947 году ЦРУ. В министерствах сидят американские специалисты. Некоторые из них участвуют в спецоперациях ЦРУ, а также его предшественника — Управления стратегических служб (OSS) — на территории Франции: в «денацификации» Европы и в методической вербовке всех, кто мог быть полезен в борьбе против СССР, включая военных преступников, «эксфильтрованных» в США.

Проведя переформирование, американцы активируют троцкистскую сеть. В 1949 году ЦРУ решило ответить на проведение коммунистами в Париже Международного конгресса за мир. Црушники обращаются к троцкистам из «Демократического революционного собрания» (RDR) Давиду Руссе и Жоржу Альтману. Троцкисты собирают конференцию под названием «Международный день сопротивления диктатуре и войне». На афишах мероприятия красуются имена Андре Бретона, Симоны де Бувуар, Альбера Камю и других интеллектуалов эпохи. Правда, при этом значительная часть интеллигенции присутствует на Коммунистическом конгрессе: певец Поль Робсон, писатель Говард Фаст, химик Фредерик Жолио-Кюри, актер Чарли Чаплин.

Троцкистское собрание проходит успешно, но заканчивается скандалом. Общественности становится известно, что мероприятие проводилось на американские деньги. Давид Руссе оправдывается тем, что общался с Ирвином Брауном как «антифашистом» и представителем американского профсоюза, который до войны был организатором известных забастовок на заводах Форда и «Дженерал моторс».

Этот Ирвин Браун, агент секретных служб США и, по совместительству, представитель во Франции американского профсоюза Американская федерация труда, в 1947 году не пожалел денег на раскол французской Всеобщей конфедерации труда. Ему удается отколоть от нее группу, назвавшую себя «Рабочей силой».

Большую помощь троцкистской «Рабочей силе» оказало правительство Робера Шумана, который выделил «Рабочей силе» 40 млн франков. Напомним, что Шуман выступал за Мюнхенский сговор, а затем за поражение Франции, после чего был министром в правительстве Петена и одним из основателей коллаборационистского режима Виши. А в 1950 году именно Шуман, с подачи американцев, желавших реинтеграции Германии в европейское пространство, огласил идею создания единой Европы (так называемая декларация Шумана).

В американских архивах имеются неопровержимые сведения о том, что именно Ирвинг Браун поручил Давиду Руссе организовать конференцию. ЦРУ выступила спонсором «Демократического революционного собрания» Руссе. Пять миллионов франков, т. е. 16 000 долларов были взяты из бюджета плана Маршалла по приказанию Франка Виснера, отвечающего за секретные операции в ЦРУ, и переданы через Ирвина Брауна Давиду Руссе.

Напомним, Франк Виснер лично участвовал в эвакуации сотен военных преступников в США и их использовании в различных «специальных операциях» во время холодной войны. Он же, как мы видим, занимался вербовкой троцкистов.

Подводя итоги деятельности троцкистов в околовоенный период, можно с уверенностью сказать, что их иллюзии о мировой революции лопнули как мыльный пузырь, а концепция «революционного поражения» оказалась инструментом пропаганды капитуляции перед фашизмом и оправданием коллаборационизма.

В дальнейшем троцкисты сыграют важную роль в расколе профсоюзов, в уничтожении компартий, в продвижении ЛГБТ и в общей деградации левого движения. Они начинают определять образовательную и семейную политику, занимают ведущие роли в СМИ, политике и культуре. Однако их по-прежнему вряд ли можно назвать самостоятельной политической силой.

Иллюзии троцкистов о мировой революции потерпели сокрушительное поражение. При этом сетевая структура, постоянно меняющая статусы и названия, практика тайной деятельности и связи с крупными западными финансовыми кругами сделали из троцкистов чрезвычайно удобный и весьма активно используемый вплоть до сегодняшнего дня инструмент для работы против СССР и России.

Источник: rossaprimavera.ru