?

Log in

No account? Create an account
Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Пожаловаться Next Entry
АКСИО-8. Отпадение народа от государства. Антивластный консенсус (3)
Карандаш
tekstus
Часть-1 Часть-2 Часть-3 Часть-4 Часть-5 Часть-6 Часть-7 Часть-8
 
20190823_18-49-АКСИО-8. pic00
Франсис Пикабиа. Прозрачность (Самсон и Далила). 1935–1937
.
АКСИО-8. Отпадение народа от государства
ИА Красная Весна | 23 августа 2019 г. 18:49 / Юлия Крижанская

Результаты исследования общественного мнения жителей России о пенсионной реформе, которая осуществляется в России с начала года, и о ее возможных последствиях. Исследование проводилось Центром независимой общественной экспертизы «АКСИО» с 10 июня по 10 июля 2019 г. (продолжение)

В первой части описания и анализа результатов опроса АКСИО-8, опубликованной в № 340 газеты «Суть времени», мы рассмотрели результаты измерения общественного мнения всего по двум «содержательным» вопросам. Это вопрос о степени присутствия в России «социального государства», прописанного нам по Конституции, и вопрос об отношении народа к власти.

Выяснилось, что «социального государства» в России скорее нет, чем есть, и что подавляющее большинство населения относится к власти плохо. Причем выяснилось, что мнения по этим двум вопросам связаны: чем меньше человек видит признаков «социального государства» — тем хуже он относится к власти, и наоборот — если человек все-таки видит в России «социальное государство», то он гораздо более благосклонно относится к власти. Но так как людей с очень хорошим зрением, позволяющим разглядеть «социальное государство», в нашей выборке оказалось очень мало — всего 4% (и есть ощущение, что даже если бы мы смогли опросить репрезентативную долю очень богатых, то доля «прозревших» «социальное государство» в России всё равно не превысила бы 5%), а людей, которые считают, что «социального государства» нет, нашлось довольно много — 25%. Поскольку большинство граждан России «социального государства» в стране не находят, то общая (средняя) удовлетворенность отношением власти к народу тоже находится на очень низком уровне (рис. 1).

pic301


Но верна и обратная зависимость: если человек не удовлетворен отношением российской власти к народу России, то он менее способен разглядеть «социальное государство» и с большей вероятностью его не заметит. А если гражданин властью удовлетворен (а есть ведь и такие люди!), то он резко лучше видит «социальное государство» и гораздо реже готов сказать, что оно отсутствует (рис. 2).

pic302


Всё говорит о том, у народа есть неясный запрос к власти, который опознается респондентами в словах «социальное государство». То есть власть, по мнению людей, народу что-то должна. Если человек считает, что власть это «что-то» хоть в какой-то степени отдает, то он властью и будет более или менее удовлетворен. Если же гражданин видит, что власть это «что-то» не отдает, то ни о какой удовлетворенности властью говорить не придется.

Что же власть должна народу? Вряд ли это именно «социальное государство» — мало кто понимает, что это такое. На наш взгляд, это «что-то» из другой области, оно касается отношения власти и ее представителей к гражданам.

В чем должно заключаться «правильное», по мнению граждан, отношение власти к людям? Описать это непросто, но мы попробуем.

Во время блокады Ленинграда в домах ленинградцев было постоянно включено радио: это было жизненно необходимо, потому что по радио транслировались сигналы воздушной тревоги (которые сообщали о начале и конце бомбежки) и предупреждения о начале артобстрелов города, а также передавалась другая важная информация. Но это было не всё. Люди, пережившие блокаду Ленинграда, рассказывают, что Ленинградское радио (то есть люди, там работавшие) с ними «разговаривало», причем разговаривало как с родными и близкими людьми. В самые тяжелые дни зимы 1941–1942 гг. передачи Ленинградского радио начинались с личного обращения к каждому ленинградцу: «Дорогие ленинградцы! Мы знаем, как вам тяжело — голодно, холодно, темно, как трудно встать. Но надо! Давайте потихоньку встанем, подвигаемся, затопим печку, вскипятим воду…»

А что сейчас? — риторически спрашивают блокадники (которые, как понятно, уже сильно не молоды). А сейчас СМИ говорят с людьми так, как будто люди для них вообще не существуют, как будто это скот, быдло, с которым и разговаривать нечего: говорят надменно, высокомерно, быстро, так что ничего невозможно разобрать… и т. п.

И это СМИ, которые, конечно, «четвертая власть», но это не власть. Власть же говорит с гражданами еще хуже: если судить по многочисленным публикациям в тех же СМИ — точно в стиле Марии-Антуанетты с ее хитом «если нет хлеба — пусть едят пирожные». То есть власть постоянно и регулярно демонстрирует, что граждане ей не нужны, не интересны, что она, власть, их глубоко презирает… и лучше бы граждан вообще не было — от них только головная боль. Представляется, что в этом и есть корень проблемы, и «что-то», чего граждане России ждут от власти, и что, по их мнению, им должно государство, — это отношение как к людям, а не как к быдлу. И именно этот запрос лежит в основании отношения населения к государству и власти, именно этот запрос определяет сегодня процесс отпадения народа от государства.

Конечно, понятно, что сторонники современного либерализма (которым по факту принадлежит власть в России), вправе сказать, что запрос на «человеческое отношение власти к народу» — это в чистом виде проявление патернализма, воспитанного «проклятым «совком». И что в силу такого «низкого» происхождения этого запроса он не должен приниматься во внимание, потому что «правильно» — совершенно другое. Тут, как говорится, хозяин — барин. Однако история (хоть это и не аргумент для многих) говорит другое: пренебрежение народом, приводящее к отпадению народа от государства, обычно плохо кончается. В первую очередь для власть предержащих.

Антивластный консенсус

На какие «исторические типы» более всего похожа современная российская власть, и о какой власти мечтают граждане? Исследованию этой темы было посвящено два вопроса в нашей анкете (см. табл. 1 и табл. 2). Прежде чем перейти к их анализу, необходимо кое-что уточнить. Задавая вопросы о «феодализме», «рабовладении», «фашизме» и пр., мы не предполагали, что все наши респонденты точно понимают, что это за варианты общественного устройства, каковы их основные характеристики, закономерности и т. д. Наша гипотеза состояла лишь в том, что у людей есть некий эмоциональный образ этих общественных систем, на который они и будут опираться при ответе. Для тех же граждан (которых благодаря блестящим успехам власти в деле реформирования системы образования в России становится всё больше и больше), у кого нет никакого представления об упоминаемых в вопросах типах общественного устройства и, следовательно, нет никакого эмоционального образа соответствующих «режимов», прямо в тексте вопросов были помещены краткие описания, чтобы хоть какой-то образ у них сформировался непосредственно в ходе опроса.

Хочется отдельно подчеркнуть: нас не интересовали представления людей о функционировании при том или ином общественном устройстве экономики или культуры, так же как и представления о естественности или неестественности или справедливости или несправедливости того или иного общественного устройства. Нас интересовал только один аспект — отношение власти к народу, что и было подчеркнуто в вопросах. Поэтому если исходить из презумпции разумности респондентов (а мы исходим именно из нее, иначе незачем и опросы проводить), то надо думать, что люди понимали вопросы и отвечали именно об образе отношения власти к народу при том или ином «строе», а не «вообще».

Эмоциональный образ, как понятно, имеет знак: человек относится к чему-то либо хорошо, либо плохо. Если же он к чему-то относится никак, то есть нейтрально, то эмоции обычно не включаются: они ведь отражают отношение к чему-то, а если отношения нет, то и эмоций нет. Чтобы понять, с каким знаком воспринимаются разные варианты общественного устройства, которые оценивали в опросе, рассмотрим сначала ответы на вопрос № 15 — о том, при каком типе власти (похожей на власть, при каком общественном устройстве) людям хотелось бы жить (табл. 1).

pic303


Из таблицы хорошо видно, что практически все респонденты (92% от всей выборки и 96%, если не учитывать не ответивших на вопрос) хотят жить при таком отношении власти к народу, как при одном из двух вариантов общественного устройства: «как при социал-демократах» и «как при социализме». На жизнь при четырех других вариантах: «как при рабовладении», «как при феодализме», «как при диком капитализме» и «как при фашизме» — согласны только 4% опрошенных в совокупности. Таким образом, общественное мнение в России отвергает эти четыре варианта категорически.

Соответственно, по приведенным данным, не вдаваясь пока в подробный анализ, можно сделать вывод о том, что только два варианта отношения власти к народу — «как при социал-демократах» и «как при социализме» — вызывают у людей положительные эмоции. Все же остальные варианты приводят к отрицательным эмоциям. Этот промежуточный вывод будем иметь в виду при анализе ответов на вопрос № 14 (табл. 2).

pic304


Итак, 12% респондентов обозвали нынешнее отношение власти к народу «рабовладельческим», 21% — «феодальным», 46% — «дико-капиталистическим» и 6% — «фашистским». Если считать полюсом зла «фашизм» (а в представлении граждан России — потомков победителей фашизма в Великой Отечественной войне — это, скорее, так и есть), до него российской власти еще далеко: только 6% граждан настолько плохо к ней относятся, что приравняли ее к фашистской. Однако российская власть твердо встала на путь, который ведет к полному отторжению власти народом, и стойко по нему идет. Именно поэтому 85,1% (!) граждан России (именно столько получается, если суммировать все «голоса», отданные «отрицательным» примерам отношения власти к народу) при определении своего отношения к власти сопоставляют ее с крайне негативными историческими аналогами, выражая таким образом свое явное отторжение. И только 10,7% жителей России думают, что отношение власти к народу напоминает что-то приличное — «социал-демократическое» (7,8%) или даже «социалистическое» (2,9%).

В целом получается довольно неприглядная картина (рис. 3).

pic305


В СМИ пишут, что сейчас в России для оценки деятельности властей разных уровней вводят KPI (от англ. Key Performance Indicators), то есть показатели эффективности властей в достижении стратегических и тактических целей, которые перед ними поставлены. К достижению каких именно целей стремятся наши власти — бог весть, «это науке неизвестно, наука пока не в курсе дела», как говорил лектор из фильма «Карнавальная ночь»: нам (народу России) об этом не докладывают. Но какая, скажите на милость, может быть у власти эффективность в достижении каких бы то ни было целей при таком отношении к ней народа? Если власть не переломит данную тенденцию, то ей придется чуть раньше или чуть позже столкнуться с тем или иным вариантом политической и социальной дисфункции, потому что народ ей уже оценку поставил, и никаких признаков, которые говорили бы о том, что оценка эта может улучшиться, пока не видно. Или власти ждут, когда это отношение проявится не в опросе, а «весомо, грубо, зримо»? Но ведь когда это произойдет, будет поздно что-то предпринимать. К тому же…

В настоящее время, как многие знают, в Москве началась серия санкционированных и несанкционированных акций (митингов, шествий, пикетов и пр.), связанных с идущей кампанией по выборам в Мосгордуму. Акции эти организованы очевидными врагами России — оранжоидами, белоленточниками и пр. прозападным активом. И только этим объясняется то, что они не могут собрать по-настоящему массовые акции протеста. Но не стоит забывать, что эти акции идут во взрывоопасной обстановке: либералы выходят протестовать против власти в то время, когда 85% граждан эту власть уже на дух не переносит. Да, либералы и прочие прозападные белоленточники снискали себе такую «прекрасную» репутацию в народе, что поддерживать их соглашаются только безусые юнцы, тоскующие по «движухе», и старые, проверенные, профессиональные кадры национал-предателей. Однако любое горение у бочки с порохом — опасный опыт. На что, по-видимому, граждане либералы и рассчитывают: все их усилия направлены на то, чтобы вызвать у этих 85% пока сидящих дома обывателей острое желание выйти на улицу и продемонстрировать свое отношение к власти наглядно. А вот на что рассчитывает власть, сказать затруднительно. По всей видимости, она, в полном соответствии с мнением о ней народа, считает народ быдлом, не заслуживающим внимания, и уж тем более размышлений.

Обратимся к подробному анализу ответов на вопрос № 14.

Хотя отторжение власти — практически константа во всех социально-демографических группах, тем не менее некоторые небольшие отличия в ответах имеются, и эти расхождения интересны с точки зрения более точного понимания состояния умов в различных стратах российского общества.

Если внимательно рассмотреть ответы на вопрос № 14 в группах респондентов различного возраста (рис. 4), то становится видно, что наиболее ясное (и очень скверное) отношение к власти в группах среднего возраста — от 26 до 65 лет. В этих группах почти одинаковое число остро не приемлющих нынешнее отношение народа к власти и поэтому обругавших ее «фашистской» (6–7%) и в среднем по 8–9% тех, кто к власти относится более или менее положительно, и поэтому считающих, что ее отношение к народу — «как при социал-демократах» или «при социализме». При этом интересно, что вместе с возрастом растет доля тех, кто обзывает существующую ситуацию «диким капитализмом», и уменьшается доля тех, кто именует ее «феодализмом». Вероятно, накопление жизненного опыта, неизбежное с возрастом, позволяет более ясно увидеть реальную картину российского криминального капитализма и понять, что именно он — причина наличествующего отношения власти к людям.

pic306


Что же касается людей относительно молодых, то понимания у них меньше, а неприятия власти столько же, поэтому они чаще соскальзывают в сторону простых «ругательств», называя существующее отношение власти к людям «феодальным». Наверное, нет нужды объяснять, что всё же отношения у нас в стране не вполне феодальные, так как каждый гражданин России лично свободен. Однако понять наших респондентов, называющих существующий порядок взаимодействия власти с народом «феодализмом», тоже можно — взять хотя бы те же высказывания некоторых представителей власти, о которых упоминалось выше.

С другой стороны, возникает вполне закономерный вопрос к тем 30 и более процентам граждан, которые считают, что отношение власти к народу более всего напоминает «рабовладение» или «феодализм». Вопрос простой. Если мы живем при рабовладении или феодализме, значит мы — рабы (ну вряд ли рабовладельцы, правда?) или зависимые, лично не свободные люди. Почему же мы это терпим? Нет, понятно, конечно, что это эмоциональный образ, что на самом деле мы не рабы, это просто нас считают за рабов… и мы не крепостные крестьяне — просто власть так к нам относится… Но вопрос остается.

Интересны и позиции самых младших и самых старших респондентов в нашем опросе — входящих в группы от 16 до 25 и старше 66 лет (рис. 5). Именно в этих группах наибольшее число людей, считающих отношение российской власти к народу приемлемым или хотя бы терпимым. Это, конечно, не позволяет говорить о том, что в этих возрастных группах властью довольны: среди молодежи отношение власти к народу неприемлемо для 82%, среди пожилых — для 76%. Но всё же… Видимо, в обеих группах относительно больше, чем в остальных возрастных группах, людей, которые либо еще не начали активную трудовую жизнь (учащиеся, студенты и пр.), либо уже ее закончили (пенсионеры), и поэтому они, с одной стороны, как бы иждивенцы государства, а с другой — мало с властью взаимодействуют, так как в активной жизни мало участвуют. Вот и получается, что именно они значимо чаще, чем другие, относятся к власти терпимо.

pic307


Что касается зависимости ответов на вопрос о том, на что похоже нынешнее отношение власти к народу, то она тоже весьма интересна (рис. 6). Вместе с ростом уровня образования уровень приемлемости отношения власти к людям заметно снижается (видимо, больший угол обзора, который дает образование, позволяет людям лучше ощутить всю невозможность тех степеней вседозволенности и наглости, которые позволяет себе наша власть в отношении граждан). Соответственно, и отпадение высокообразованной части народа от государства заметно более решительное, чем у остальных категорий. Хотя всё равно различия исчисляются считанными процентными пунктами: неприятие власти почти тотальное.

pic308


Одновременно с этим высокообразованные граждане значительно чаще (51%), чем остальные, считают, что неприемлемые манеры нашей власти более всего напоминают «дикий капитализм», а не «феодализм» или «рабовладение». То есть существующие отношения они считают нормальными для капитализма, то есть если хотим капитализм — получим вот такое отношение власти. (В формулировке вопроса специально было написано «дикий капитализм» — в качестве некой уступки тем людям, которые со времен перестройки считают, что капитализм — это самый лучший общественный строй, потому что именно при нем возможно 100 сортов колбасы. Эти люди продолжают верить, что существует какой-то «хороший», «правильный» капитализм, при котором и 100 сортов есть, и отношение к людям нормальное.)

Уровень образования респондентов, по-видимому, сказывается и на зависимости распределения ответов на вопрос № 14 от места жительства респондентов (рис. 7). Чем дальше от городов и ближе к деревням живут респонденты, тем больше они отмечают в качестве образца для нашей власти «рабовладение», а на обратном пути — от деревень к городам — слабо, но значимо растет частота ответа про «феодализм». С одной стороны, в городах население в среднем более образованно, чем в сельской местности, и полученные данные могут быть объяснены этим. С другой стороны, чем дальше от городов — тем дальше от власти, и поэтому представления «деревенских» могут быть основаны на специфическом опыте общения с некоторыми конкретными представителями власти, в то время как городские жители имеют счастье общаться с властью более постоянно и более полноценно.

pic309


Очень показательными оказались зависимости ответов на вопрос о том, на какие исторические аналогии наводит отношение современной российской власти к народу, от того, к какому социальному слою относит себя человек (рис. 8). Несмотря на то, что во всех группах недовольных властью и поэтому отмечающих нехорошие ассоциации, которые приходят в голову, когда наблюдаешь за отношением нашей власти к народу, значительно, в разы больше, чем довольных, различия в позициях людей, относящих себя к разным социальным слоям, всё же есть. С повышением социального слоя, к которому относит себя респондент, растет и желание увидеть во власти что-то хорошее. Так, «хорошие варианты» — «социал-демократию» и «социализм» — в группе «Высший социальный слой» выбрали 20% опрошенных, а в группе «Низший социальный слой» — всего 9%. То есть самоидентификация с высшими слоями общества приводит к частичной идентификации с властью, в результате чего положительные оценки власти даются в 4 раза чаще, чем среди людей, отпавших от государства и разместивших себя в подошве общественной пирамиды.

pic310


Обратное тоже верно: чем ниже от вершины общественной пирамиды помещает себя человек, тем более он недоволен властью, даже, можно сказать, обозлен против нее, и тем чаще он награждает ее «нехорошими» эпитетами вроде «рабовладения» или «фашизма»: в группе «Низший социальный слой» «фашистской» власть обозвали аж 12% опрошенных, «рабовладельческой» — 23%. Правда, и в группе «Высший социальный слой» «фашизм» как аналог нынешней власти отметили 10%… То есть высшие слои более удовлетворены, чем остальные, но и выругаться всё равно хочется.

Ответы на вопрос № 14 в зависимости от душевого дохода респондента не дают такой яркой картины, как зависимости от самооценки социального положения (рис. 9): особенно больших отличий и закономерностей не видно. Однако они дают другую яркую картину — полного единения людей с различным уровнем дохода в неприятии власти: распределения везде примерно одинаковы. (Не забываем тем не менее о том, что совсем богатых мы не опросили. Возможно, они абсолютно всем довольны, а возможно, абсолютно всем не довольны, — мы не знаем.)

pic311


Зато зависимости от «субъективного уровня дохода» более интересные (рис. 10). Чем более бедным чувствует себя человек, тем более он озлоблен против власти. С ростом самоощущения обеспеченности и даже богатства — растет и желание оценить власть повыше. И, казалось бы, в этом нет ничего удивительного: в государстве, построенном для богатых, так и должно быть.

pic312


Однако в группе респондентов, оценивающих свои доходы как значительно выше среднего уровня, оценки «фашизм», «рабовладение» и «феодализм» выбираются довольно часто. Если считать оценку «фашизм» выражением крайнего неприятия власти (см. выше), то группа с самой высокой самооценкой доходов оказывается наиболее обозленной: 11% представителей этой группы выбрали соответствующий вариант ответа.

Получается, что либо среди граждан, считающих себя очень хорошо обеспеченными, значительное число недовольных отношением власти к народу, либо представители этой группы несколько подзабыли (или никогда не знали), что такое фашизм, либо они недовольны отношением власти к какому-то другому «народу», не к тому, о котором отвечают все остальные группы. Например, субъективно богатые недовольны отношением власти к ним, богатым — дескать, давят бизнес, не дают развиваться предпринимательской инициативе, налоги высокие и т. п. В таком случае становятся понятны и 11% ответов «социализм» в группе с доходами «значительно выше среднего». Только в таком случае «социализм» выступает не как положительный пример отношения власти к народу, а в качестве причины недостаточной заботы власти о богатых. Типа устроили в стране «совок», платят стипендии и пенсии, льготы разные многодетным — вот и приходится увеличивать налоги, а денег на поддержку бизнеса не хватает. Трудно сказать, как на самом деле взаимосвязаны оценки, но одно ясно: самые богатые настроены против власти так же жестко, как и самые бедные. То есть власти опираться не на кого: ее все сильно не любят. Возможно, по разным причинам, но от этого не легче.

Некоторое удивление вызывает зависимость представлений о характере отношения российской власти к народу от политической ориентации (рис. 11). Причем удивительно не то, что граждане с различной политической ориентацией почти одинаково решительно настроены против власти: против власти настроено большинство во всех группах респондентов. Удивительны те интерпретации этого недовольства, которые проглядывают за ответами.

pic313


Вот, например, группа граждан «либеральной» политической ориентации. Казалось бы, с чего бы им быть недовольными отношением власти к народу? — ведь они исповедуют ту же самую идеологию, что и власть предержащие, то есть должны быть в основном довольными достигнутыми «успехами». Ан нет! Именно в группе «либералов» самая большая (среди групп, выделенных по политической ориентации респондентов) доля тех, кто обозвал власть «фашистами» (10%), самая большая доля тех, кто обругал власть «рабовладельцами» (17%), и самая же большая доля тех, кто назвал происходящее «феодализмом» (32%). Одновременно именно «либералы» меньше всех других групп склонны называть отношение власти к народу похожим на «дикий капитализм» (31%). Интересно ведь: всё построено по «либеральным» чертежам, построено именно то, что задумано — капитализм, но «либералы» этого признавать не хотят, а страшно недовольны и ругают власть разными нехорошими словами.

А в чем дело-то? Возможно, они ждали какого-то мифического «просвещенного» капитализма, а им построили «дикий», и они недовольны именно этим? Но, вообще-то, капитализм бывает только дикий — то есть свободный. А если его начать регулировать, то это будет против свободы рынка, либерализма и др. капиталистических правил! Это будет уже что-то другое!

Но, возможно, они считают построенный капитализм как раз слишком зарегулированным, слишком монополистическим, а «просвещенный», «правильный» капитализм представляется им более свободным и более конкурентным, каким он описан в учебниках по макроэкономике? Однако каждый, кто читал учебники по истории, должен помнить, что такой капитализм — свободный и конкурентный — в природе не встречается. И существовал он примерно 20 лет в XIX веке в Англии. И так напугал его свидетелей, что его быстро ликвидировали и никогда больше нигде в мире не допускали. Поэтому такой капитализм — это по определению нечто мифическое, как сферический конь в вакууме.

Еще возможно, что капитализм дикий «либералам» всё же нравится, а не нравится им то, что власть — это не они сами лично, а какие-то другие дяди. То есть всё вроде, как они хотели, но они сами не смогли (не успели) занять такое место, чтобы пожинать плоды. И их неприязнь к власти — это озлобление людей, несправедливо, с их точки зрения, отодвинутых от власти. Вот если бы это были они — все было бы совершенно не так, а правильно! А поскольку это не они, то власть — «фашисты»!

Что касается граждан с другими политическими ориентациями, то их ответы в целом удивления не вызывают. Наибольшее число более или менее довольных граждан (23%) — среди «консерваторов», то есть открытых сторонников существующего в стране общественного устройства, а значит, и власти. Но при этом большинство (74%) этих же «консерваторов» властью недовольны и ругают ее разными словами. А вот «коммунисты» ожидаемо видят корень зла в «капитализме» — половина из них (50%, и это больше, чем в любой другой группе) указали, что отношение власти к народу более всего напоминают отношения при «диком капитализме».

Главный вывод в том, что касается отношения народа к российской власти, прост: в российском обществе сформировался некий антивластный консенсус, который включает подавляющее большинство людей всех социально-демографических групп, имущественного положения, разных убеждений. Властью никто не доволен, в отвержении власти все сходятся. Этот антивластный консенсус практически такой же монолитный и мощный, как и консенсус относительно присоединения Крыма. Да, тот консенсус был провластный. Но он сформировался 5 лет назад, а с тех пор много воды утекло… Теперь же сформировался противовластный консенсус — все ругают власть последними словами. Пока на диване. Но это не навсегда.

Приведем данные по вопросу № 14 для различных федеральных округов и субъектов Федерации (рис. 12–13) — возможно, хорошо зная ситуацию в этих округах и регионах, специалисты смогут объяснить выявленные различия мнений.

pic314

pic315


Что касается причин формирования выявленного антивластного консенсуса, определяющего отпадение народа от государства, то, помимо уже указанных выше причин, полезно обратиться к взаимосвязи ответов на вопрос о том, что именно напоминает гражданам отношение власти к народу, и ответов на вопросы о наличии или отсутствии в России социального государства и об удовлетворенности властью.

Сначала о «социальном государстве» и его влиянии на восприятие гражданами отношения власти к народу (рис. 14). Нет никаких сомнений в том, что мнение о том, есть ли в России социальное государство (что бы респонденты ни понимали под этим термином), оказывает прямое влияние на то, с каким знаком воспринимают люди отношение власти к народу.

pic316


На рис. 14 легко видеть, что чем яснее респонденты видят в России «социальное государство», тем чаще они считают, что в России отношение к власти напоминает «положительные» «социал-демократию» и «социализм». Так, среди тех, кто видит «социальное государство» особенно хорошо, 34% считают, что власть относится к народу, как при «социал-демократии», и 16% — как при «социализме».

И напротив, чем хуже респонденты различают контуры «социального государства» в России, тем чаще они склонны сравнивать отношение нынешней российской власти к народу с таким отношением, которое ассоциируется с «малопочтенными» «рабовладением», «феодализмом», «диким капитализмом» и даже «фашизмом», и одновременно в упор не видят ничего общего с «социал-демократией» и «социализмом». Так, среди тех, кто вообще не наблюдает в России «социального государства», 12% отношение власти к народу более всего напоминает «фашизм», 23% — «рабовладение», 24% — «феодализм» и 37% — «дикий капитализм». При этом «социал-демократию» или социализм» это отношение власти к народу напоминает только 1% из этой подгруппы.

Если сложить ответы с одинаковым знаком в обоих вопросах, то получится довольно яркая картина — рис. 15 (на рис. 15 для ориентировки приписаны доли респондентов, которые выбрали разные ответы на вопрос о существовании в России социального государства).

pic317


Итак, для 95% (!) из тех, кто «социального государства» в России совсем не видит или почти не видит, отношение власти к народу неприемлемо. А среди тех, кто «социальное государство» в России видит хорошо или хоть как-то, считают неприемлемым отношение власти к народу 49%, то есть почти в два раза меньше. Приемлемым же отношение власти к народу среди свидетелей «социального государства» в России считают 44% — против 3% в группе отрицающих «социальное государство». То есть почти в 15 раз больше! Это, безусловно, достаточно яркая зависимость.

Правда, нельзя уверенно говорить о ее направленности, то есть о том, что на что влияет: мнение о «социальном государстве» на восприятие отношения власти к народу или восприятие отношения власти к народу на мнение о «социальном государстве». Более того, возможно, что есть какой-то третий фактор, которые одновременно влияет на оба эти вопроса. Но для нас важно, что факт наличия связи между этими мнениями можно считать установленным.

Это означает, в частности, что любое заметное народу движение государства и власти в сторону «социального государства» будет влиять (в положительную сторону) на мнение народа о характере власти, и, следовательно, уменьшать скорость процесса отпадения народа от государства и плотность сформировавшегося в российском обществе антивластного консенсуса. И наоборот: любое видимое движение власти в сторону демонтажа «социального государства» будет увеличивать скорость отпадения народа от государства и плотность и гомогенность антивластного консенсуса.

Сразу возникает, естественно, вопрос о пенсионной реформе… Но об этом речь у нас впереди.

Наконец, рассмотрим связь ответов на вопрос № 14 — о качественном восприятии власти с ответами на вопрос № 13 — об удовлетворенности властью (рис. 16). По сути дела, прямой вопрос об удовлетворенности властью можно считать по отношению к вопросу № 14 проверочным: если наше понимание характера ответов на вопрос о том, на что похоже отношение власти к народу, верно, то должна быть высокая корреляция ответов на этот вопрос и на прямой вопрос об удовлетворенности властью. Если же наше понимание неверно — то и корреляции не будет.

pic318


Как легко видеть из рис. 16, корреляция между ответами на вопросы № 13 и 14 есть, и она существенная. Так, среди граждан, которые абсолютно удовлетворены властью, 33% и 25% считают, что отношение власти к народу России более всего похоже на «социал-демократию» и на «социализм», соответственно. А среди граждан, которые совершенно не удовлетворены властью, таких набралось только по одному проценту, зато 10% считают, что отношение российской власти к народу более всего напоминает «фашизм», 19% — «рабовладение», 24% — «феодализм» и 42% — «дикий капитализм».

Для более ясного понимания зависимости сложим, как и в предыдущем случае, однонаправленные ответы в обоих вопросах — рис. 17 (на рис. 17 для ориентировки приписаны доли респондентов, которые выбрали разные ответы на вопрос об удовлетворенности властью).

pic319


Полученная картина очень сильно напоминает предыдущую: для 94% (!) из тех, кто не удовлетворен властью, отношение власти к народу неприемлемо, а среди тех, кто властью удовлетворен, считают неприемлемым отношение власти к народу 47%, то есть ровно в два раза меньше. Приемлемым же отношение власти к народу среди удовлетворенных властью считают 46% — против 4% в группе не удовлетворенных. То есть почти в 12 раз больше. Соответственно, мы видим прямую зависимость между удовлетворенностью властью и выбором «положительных» вариантов ответов в вопросе № 14, и наоборот — между неудовлетворенностью властью и выбором «негативных» вариантов ответов на вопрос № 14.

Таким образом, можно уверенно говорить о том, что интерпретация ответов на вопрос № 14 верна, так как результаты ее очевидно коррелируют с прямым вопросом об удовлетворенностью властью.

(Продолжение следует.)

Источник: rossaprimavera.ru



См. также:

- 09.08.2019 АКСИО-8. Состояние умов // tekstus