?

Log in

No account? Create an account
Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Next Entry
АКСИО-8. Состояние умов (2)
Карандаш
tekstus
Часть-1 Часть-2 Часть-3 Часть-4 Часть-5 Часть-6
 
20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic20
Франсис Пикабиа. Комичное супружество. 1914
.
АКСИО-8. Состояние умов
ИА Красная Весна | 9 августа 2019 г. 02:34 / Юлия Крижанская

4. Социальное государство

В опросе АКСИО-8 был специальный вопрос, посвященный выяснению представлений граждан о том, является ли Россия социальным государством. Как хорошо видно из табл. 9 и рис. 11, больше половины опрошенных (52%) считают, что Россия не является социальным государством, обратное мнение — у 11% опрошенных. Немного удивляет большое число затруднившихся с ответом — таких больше трети (35%). Но тем не менее общественное мнение относительно социального государства выявлено достаточно отчетливо: людей, думающих, что социального государства у нас нет, почти в 5 раз больше тех, кто считает, что оно есть.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic21


20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic22


Как может отдельный гражданин судить о наличии или отсутствии в России социального государства? Понятно, что в основном с опорой на личный опыт столкновений с государством по социальным вопросам. Поэтому нет ничего удивительного в том, что чем выше люди находятся в социальной иерархии (а такие люди обычно легче других находят с властью и, следовательно, государством общий язык), тем чаще они склонны считать, что социальное государство в России существует (см. рис. 12). И наоборот — чем ниже люди на «социальной лестнице» (а к таким гражданам государство чаще поворачивается спиной, потому что лицом оно обращено к верхним социальным слоям) — тем с большей вероятностью они будут считать, что социального государства в России нет.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic23


При этом важно обратить внимание на то, что есть некий относительный консенсус между всеми слоями общества: и у «высших слоев», и у «низших слоев», и у «среднего слоя» доля тех, кто считает социальное государство отсутствующим, значительно превышает долю тех, кто считает его наличествующим. Так, в «высшем слое» не обнаруживших социального государства почти в два раза больше, чем нашедших его, у «среднего слоя» — в 3,5 раза, у «низшего слоя» — почти в 12 раз. То есть все сходятся на том, что социального государства всё же скорее нет.

Похожая картина видна и в зависимости мнений о существовании социального государства в России от доходов респондентов — как объективных, так и «субъективных» — см. рис. 13–14. Во всех группах доля видящих социальное государство значительно меньше доли тех, кто его не видит. Даже «богатые» в основном его не видят (48% в группе с душевым доходом более 50 тыс. руб. в месяц и 41% в группе тех, кто оценивает свои доходы как доходы «значительно выше среднего уровня»).

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic24


20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic25


И тут возникает некий вопрос. Он связан с тем, одно ли и то же имеют в виду, отвечая на вопрос о социальном государстве, люди с различным доходом? Теоретически в капиталистическом обществе социальная помощь любого рода должна оказываться только малоимущим — тем, кто не может обеспечить себя самостоятельно. И поэтому большие доли тех, кто не видит социальное государство в России, в группах с низкими доходами не удивляет. Но почему отсутствие социального государства почти так же настойчиво отмечают и в группах с высокими доходами? Что это значит — люди отвечают не за себя, а «за того парня», беспокоясь о своих менее обеспеченных согражданах, или они говорят о чем-то другом? К сожалению, ответить на этот вопрос уверенно невозможно, но представляется, что обеспокоенность «богатых» отсутствием социального государства содержит в себе грандиозную их неуверенность в устойчивости своего положения, отсутствие той самой «уверенности в завтрашнем дне». Сейчас «богатым» социальное государство почти не нужно: все свои проблемы они могут решить сами — за деньги. Но ведь всё может в любой момент измениться! И вот тогда социальное государство потребуется. А его — нет!

Интересная картина получается при рассмотрении ответов на вопрос о социальном государстве в зависимости от места работы респондентов (см. рис. 15). Больше всего недовольны отсутствием социального государства безработные (61%), что понятно, индивидуальные предприниматели, люди, зарабатывающие работой на частных лиц (водители, няни и пр.), и граждане, работающие в небольших частных фирмах (59%, 58% и 57%, соответственно). Казалось бы, какое социальное государство, если человек полностью ушел в частную сферу? Однако. Похоже, неуверенность в будущем и бесправие работников в этой частной сфере так высоки, что поневоле хочется сильного социального государства.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic26


Особый интерес вызывает зависимость ответов на вопрос о социальном государстве от политической ориентации респондентов (см. рис. 16). Выяснилось, что наиболее «зрячими», чтобы разглядеть в России социальное государство, оказались консерваторы. То есть, по-простому, сторонники нынешней власти. Они чемпионы и по доле видевших социальное государство в России (26%), и по доле не видящих его отсутствия (28%), и главное, по доле затруднившихся с ответом — дескать, с одной стороны, с другой стороны… Еще интереснее то, что «либералы» обогнали даже «коммунистов» по доле не видящих социальное государство. Вот только «коммунисты», скорее всего, этим недовольны, а «либералы»… Есть большие подозрения, что они-то как раз довольны: нет социального государства — и правильно. Таким образом, из 64%, не нашедших социальное государство в России, и 60% таких же среди «коммунистов» — это, как говорят в Одессе, две большие разницы.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic27


Наконец, приведем данные по регионам (см. рис. 17). С одной стороны, различия между регионами не слишком велики, и это означает, что ситуация с видимостью социального государства по всей стране примерно одинакова. С другой стороны, различия все-таки есть, и это значит, что, во-первых, регионы заметно отличаются по уровню жизни, о чем мы уже говорили ранее, а во-вторых, не исключено, что региональные власти на «социальном фронте» ведут себя немного по-разному, что и определяет разные ответы граждан.
20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic28
Что такое социальное государство, которого, согласно общественному мнению, в России нет?

Теоретически это такое государство, которое своей властью обеспечивает каждому человеку возможность достойной жизни путем перераспределения богатств от богатых к бедным. То есть государство должно взять на себя воплощение в жизнь идеалов социальной справедливости в конкретной стране.

Исторически теория социального государства была придумана в XIX веке в качестве немарксистского ответа (то есть не рассматривающего классовую борьбу как движущую силу социального прогресса и не предполагающего возможность революций) на растущее давление поднимавшегося в развитых европейских странах рабочего и профсоюзного движения. То есть теория социального государства изначально являлась и по сие время является попыткой противостоять усилению социалистических и коммунистических идей и организаций в обществе. По сути, теория социального государства — это теория минимальных социальных уступок, которые позволяют защищать капиталистическое (то есть по определению лишенное справедливости) государство от угрозы распространения в обществе и дальнейшей победы социализма и коммунизма. Так, например, Бисмарк, опасаясь усиления социалистов в Германии, инициировал разработку законов о социальном страховании и введение таких мер, как государственное страхование от несчастных случаев, пособия по болезни, государственное финансирование медицинской помощи. Всё это вместе называлось «прусским социализмом».

Особенно сильно теории социального государства расцвели в XX веке — после Великой Октябрьской социалистической революции, когда победа социализма (ради профилактики которой и было придумано «социальное государство») стала реальностью в России, а еще сильнее — после победы СССР в Великой Отечественной войне, когда всему миру стали очевидны немыслимые, фантастические достижения социализма. Когда говорят, что многими достижениями в социальной сфере капиталистические страны обязаны СССР, имеют в виду именно социальные уступки, на которые пришлось пойти на Западе, чтобы не допустить у себя такого же «безобразия», как 1917 год в России.

Однако немарксистские теории общества — они и есть немарксистские. По сути, социальное государство — это «невозможное государство», потому что государство, являющееся, как мы помним, выразителем и защитником интересов господствующих классов, по определению не может действовать в интересах кого бы то ни было другого. Оно и не действует. Ослабление Советского Союза в начале 1980-х годов, а потом и его гибель привели к отмене многих социальных завоеваний в западных странах и, по существу, к отказу от стратегии социального государства. Хотя слова о социальном государстве остались в конституциях многих стран — видимо, в качестве талисмана.

Что касается России, то слова о социальном государстве, похоже, были сразу включены в Конституцию в качестве «оберега», поскольку никакого содержания за ними не стоит, а все преобразования, которые проводятся в социальной сфере в России, направлены строго против утверждения социальной справедливости в стране и обеспечения достойной жизни для каждого. Более того, в последнее время высокие государственные чины прямо заговорили о «демонтаже социального государства» как тормоза экономического развития и процветания (только все время почему-то не уточняют, развития и процветания кого именно). Именно в русле этого демонтажа в России полностью развалены все социальные сферы: образование, здравоохранение, защита труда, проведена пенсионная реформа и пр.

Не удивительно поэтому, что граждане России социального государства в стране в упор не видят или просто не понимают, что именно они должны увидеть. Как известно, трудно искать черного кота в черной комнате, особенно если его там нет. Ну нет! И АКСИО-8 это убедительно показал.

Но если мнения граждан о мифическом социальном государстве не удивляют, то действия российской власти по этому самому «демонтажу социального государства» — очень даже удивляют. Похоже, российская власть забыла, откуда растут ноги у идей социального государства, забыла, что социальное государство — это ее, власти, защита и безопасность. От чего? От социалистических и коммунистических идей (которые порождают соответствующие организации, которые начинают соответствующие действия…). Поэтому указанный «демонтаж» — это буквально игра с огнем.

Как воспринимают власть граждане России? Если по поводу социального государства еще есть какие-то сомнения у людей: вроде его и нет, но, может, еще не до конца? — то по поводу власти и ее отношения к народу никаких сомнений, похоже, не осталось. Судите сами.

5. Отношение к власти

Для исследования общественного мнения относительно отношения власти к народу в анкете АКСИО-8 было предусмотрено несколько вопросов.

Во-первых, в вопросе № 13 прямо спрашивалось об удовлетворенности властью и ее отношением к народу. Результаты, полученные по этому вопросу, одновременно и ожидаемы, и сенсационны. Ожидаемо было, что отношение к власти в России не слишком хорошее. Сенсационно то, что оно настолько плохое.

Из табл. 10 и рис. 18 хорошо видно, что подавляющее большинство граждан не удовлетворены отношением российской власти к народу. Удовлетворены только 10%, 72% не удовлетворены и еще 18% воздержались. Если распределить не давших определенного ответа пропорционально тем, кто определенный ответ дал, то получится, что к власти неодобрительно (то есть отрицательно!) относится 87% граждан, а одобрительно — только 13%. Это впечатляющий результат.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic29


20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic30


Еще более впечатляет «устойчивость» этого результата: отношение к власти устойчиво плохое практически во всех социально-демографических группах без исключения. Имеющиеся небольшие вариации только подтверждают общую картину.

Например, среди возрастных групп (см. рис. 19) относительно меньшее раздражение властью продемонстрировали две крайние группы — самые молодые (16–25 лет) и самые пожилые (66 лет и старше), так сказать, старые и малые. В обеих группах удовлетворенность властью чуть выше, чем у остальных (13% в обеих группах), больше «воздержавшихся» и чуть меньше средней доля не удовлетворенных (66% и 67%, соответственно). При этом надо иметь в виду, что обе эти возрастные группы — это, так сказать, неактивное (в экономическом плане) население: молодые в основном еще не начали работать — они еще учатся, пожилые в основном уже завершили трудовую деятельность — они уже на пенсии. А вот все остальные (экономически активные) возрастные группы недовольны властью значительно сильнее: доля удовлетворенных властью в этих группах составляет всего 8–9%, доля неудовлетворенных колеблется в пределах 73–77%. При этом наибольшее недовольство властью — в группе 46–55 лет — это как раз те люди, которые особенно пострадали от пенсионной реформы — квинтэссенции «демонтажных» усилий власти.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic31


Удовлетворенность властью у мужчин и женщин примерно одинаково низкая (рис. 20). Но мужчины все-таки пока остаются мужчинами (несмотря на большие усилия, которые прилагает та же власть, по превращению их в тихие, послушные, запуганные и бесполые создания) и высказываются резче и определеннее женщин, среди которых больше воздержавшихся от ответа и поэтому меньше неудовлетворенных властью. Но ненамного — всего на 4 процентных пункта. То есть по вопросу отношения к власти конфликта в семьях ждать не приходится — оно монолитно плохое у обеих половин населения России.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic32


Зависимость степени удовлетворенности властью от уровня образования (см. рис. 21) является, по сути, проекцией зависимости от возраста. Две наиболее «удовлетворенные» группы — это люди с неполным средним (удовлетворены властью — 13%, не удовлетворены — 64%) и со средним (11% и 69%, соответственно) образованием. Но граждане с неполным средним образованием — это либо совсем молодые люди, еще не получившие среднее образование, либо весьма пожилые люди, которые окончили неполную среднюю школу еще во время оно. То же, хотя и частично, верно и для граждан со средним образованием — скорее всего, именно обсужденный уже нами выше возраст влияет на оценки в данном случае. Зато все остальные группы по уровню образования демонстрируют небывалое единство оценок: доля недовольных властью в них всех равна 73%.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic33


Отношение к власти одинаково плохое во всех типах населенных пунктов, в которых проживают наши респонденты (см. рис. 22). Есть очень слабая зависимость, которую можно определить так: чем ближе к природе и дальше от власти — тем меньше недовольство. Проявляется эта зависимость в том, что если в городах доля недовольных составляет 73%, то в поселках это 72%, а в селах — уже 68%. Но вот в деревнях — казалось бы, наиболее близких к земле и наиболее далеких от какой-нибудь власти, доля недовольных опять становится равной 71%. Видно, в деревнях социальная обстановка совсем плохая, или наша деятельная власть вместе со своим «прекрасным» отношением к народу дотянулась уже и до деревень почти так же, как до пгт.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic34


Довольно интересны данные о степени удовлетворенности властью в различных федеральных округах (см. рис. 23). В целом картина во всех округах похожа: неудовлетворенность властью превалирует. Однако некоторые различия есть. Например, наибольшая доля недовольных властью — в самом далеком от центра власти, Москвы, федеральном округе — Дальневосточном (75%). Видно, власти нашей и ее представителям Дальний Восток из Москвы не видно, а ехать далеко, да и влом, да и толку-то от этих поездок? В общем, Дальний Восток недоволен властью значимо больше, чем другие федеральные округа. На втором месте по степени недовольства — Приволжский федеральный округ (74%). Как мы помним, и по нашим, и по официальным данным, это почти самый бедный федеральный округ, что, видимо, и объясняет высокий уровень раздражения от власти. Что касается удовлетворенности властью, то чемпионом здесь неожиданно оказался Северо-Кавказский федеральный округ: почти 16% респондентов из этого округа удовлетворены властью, и «всего» 62% — не удовлетворены. Неожиданно это потому, что в Северо-Кавказском ФО — самые низкие в стране доходы населения (см. выше), что должно было бы сказаться на отношении к власти. Но, по-видимому, тут действует какой-то другой фактор, связанный с национальными традициями почитания старших и власти в целом у кавказских народов.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic35


Это предположение частично подтверждается зависимостью степени удовлетворенности властью от вероисповедания опрашиваемого (см. рис. 24).

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic36


В нашем опросе получилось, что наибольший уровень удовлетворенности властью — у мусульман (а на Северном Кавказе как раз много мусульман) — 14%. (Показательно, что у группы «народы Северного Кавказа» по вопросу № 5 о национальности доля удовлетворенных властью такая же — 14%.) Тем не менее доля недовольных властью и среди мусульман — 67%, что почти в пять раз больше, чем доля довольных. Так что ни о каком благорастворении воздухов в отношении власти речь идти не может. Интересно, что наиболее недовольны властью неверующие: доля не удовлетворенных среди них — 77%, а доля удовлетворенных — всего 8%. Все-таки есть что-то такое в религии (любой), что делает людей более терпимыми к власти.

Наиболее интересные зависимости по вопросу об отношении граждан к власти выявлены от параметров «самооценка социального слоя» (рис. 25), «душевой доход» (рис. 26) и самооценка уровня доходов (рис. 27). Все они, по сути, одинаковы и отражают явный рост удовлетворенности власти вместе с ростом доходов (и объективным, и субъективным) и высотой социального слоя, в который себя помещает респондент. То есть чем более богатым и высокопоставленным ощущает себя человек, тем чаще он склонен оценивать власть положительно. И наоборот — чем ниже ощущает себя человек в социальной иерархии и чем он беднее — тем чаще он недоволен властью.
Вроде бы ничего особенного, все ожидаемо: чем лучше люди себя чувствуют в жизни, тем они более расположены ко всему и всем, в том числе и к власти. Как известно, лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. Однако данные зависимости, как представляется, свидетельствуют не только о большей благожелательности «богатых и здоровых». В гораздо большей степени они демонстрируют, чья власть в России. Власть в России — их, то есть высокопоставленных и очень богатых.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic37

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic38

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic39


Различия в степени удовлетворенности властью в зависимости от дохода и социального положения очень значительные. Так, из тех, кто отнес себя к высшему социальному слою, 21% довольны властью и 60% недовольны, а среди тех, кто отнес себя к низшему социальному слою, 5% довольны и 83% — нет. Чувствуете разницу? Еще более выраженная картина по «субъективному уровню дохода»: среди расценивающих свои доходы как значительно превышающие средний уровень удовлетворены властью 25%, не удовлетворены 58%, а среди оценивающих свои доходы как значительно более низкие, чем средний уровень, довольны властью 5%, недовольны — 82%. Однако российская власть умудрилась как-то насолить и этой своей, по сути, единственной опорной группе — богатых и успешных. Потому что, конечно, удовлетворенных работой власти в этой группе значительно больше, чем в других, но, как говорят, до «хорошо» еще далеко: недовольных властью и в этой категории граждан почти в 3 раза больше, чем довольных. Так на кого же опирается наша власть, если даже ее любимая опорная группа против нее? Нет ответа…

Еще одной опорной группой власти (которая частично, конечно, состоит из тех же «богатых и успешных») являются люди с «консервативно-государственнической» политической ориентацией (см. рис. 28). По сути, это граждане, которых всё в нынешней России более или менее устраивает и которые не очень хотят каких-либо изменений. Удовлетворенность властью в этой группе — рекордно высокая: 24%, а неудовлетворенность — рекордно низкая: 48%. Однако хочется обратить внимание, что 48 ровно в два раза больше 24! То есть и в этой, без преувеличения верноподданнической группе, недовольных властью, во-первых, в два раза больше, чем довольных, а во-вторых, их без малого половина. И вопрос о том, на кого же собирается опираться наша власть, опять повисает в воздухе. Или можно говорить о том, что сама власть в России ни на кого уже не опирается и висит в воздухе.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic40


Наконец, давайте посмотрим, есть ли связь между мнениями граждан о наличии или отсутствии социального государства в России и степенью удовлетворенности российской властью (рис. 29). Конечно, эта связь есть, да еще какая! Среди тех, кто твердо уверен в наличии социального государства в России (не забываем, что таких всего 4% от всех опрошенных), довольны властью аж 62%, а недовольны — всего 16%. Зато среди тех, кто твердо считает, что в России социальное государство отсутствует (таких 25%), недовольны властью 96%, а довольны — 1%.

20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic41


Вывод достаточно очевиден: граждане России напрямую связывают отсутствие социального государства (то есть социальных уступок государства населению) и оценку власти: чем ниже оценивается социальная составляющая деятельности власти, тем ниже удовлетворенность властью. И наоборот. То есть низкая удовлетворенность российской властью у большинства населения — прямое следствие социальной политики российской власти, а точнее — того самого «демонтажа социального государства», о котором российская власть так полюбила говорить. И первую скрипку тут сыграла, конечно же, пенсионная реформа, претендующая на почетное звание последнего гвоздя в крышку гроба социального государства, но об этом речь у нас еще впереди.
20190809_02-34-АКСИО-8-Состояние умов-pic42
Рассмотрим теперь данные об отношении к власти в региональном разрезе (рис. 30). В принципе, ситуация во всех регионах очень похожая: доля удовлетворенных властью колеблется в коридоре от 8% во многих регионах до 13% в Башкортостане (предполагаем, что по тем же причинам, по которым и на Северном Кавказе), а доля не удовлетворенных — в коридоре от 63% в Оренбургской области до 81% в Кировской области.

Наверняка существуют причины для таких разных оценок власти в регионах, которые мы не знаем. Потому что региональная власть — тоже власть, и где-то она хуже, где-то лучше, и потому что социально-экономическое состояние регионов очень отличается. Но нам бы хотелось сейчас подчеркнуть не различия, а общность ситуации, которая состоит в том, что везде, во всех регионах без исключения подавляющее большинство граждан недовольны властью.

Выявленная в АКСИО-8 ситуация с отношением граждан к власти лучше всего описывается термином С. Е. Кургиняна «отпадение народа от государства».

Мы видим, во-первых, что практически во всех слоях, группах и стратах российского общества подавляющее большинство недовольно властью и ее отношением к народу.

Мы видим, во-вторых, отсутствие у власти хоть каких-то значимых опорных групп в обществе — даже ее «естественные сторонники» ею в большинстве недовольны.

Мы видим, в-третьих, очевидную связь недовольства властью с «демонтажом социального государства», который она проводит.

Мы видим, в-четвертых, что поскольку «демонтаж» продолжается и даже развивается, то нет никаких предпосылок к тому, чтобы процесс отпадения народа от государства развернулся вспять.

Да, пока это отпадение народа от государства не особенно проявляется в поведении людей, и чтобы его выявить необходимо проводить специальные исследования. Но ведь так будет не вечно — сколько ни загоняй нарыв вглубь, он все равно прорвется. И тогда мало не покажется никому.

Отпадение народа от государства — страшная штука. Далее мы увидим, чем именно оно вызвано и как оно проявляется в различных политических оценках граждан, в том числе предвыборных, которые, в отличие от участия в опросе общественного мнения, прямо могут повлиять на ситуацию в стране.

(Продолжение следует.)

Оригинал: rossaprimavera.ru