?

Log in

No account? Create an account
Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Next Entry
Французская пресса о Нобелевской премии Светланы Алексиевич
Карандаш
tekstus
09-10-2015 Отредактировано 10-10-2015 в 10:21. Никита Сарников
20151013_14-04
Светлана Алексиевич, Минск, 8 октября 2015 года

20151013_14-04Фотография Светланы Алексиевич, которая получила Нобелевскую премию по литературе в этом году, украшает все первые страницы сегодняшних парижских газет, кроме «Круа» и «Юманите», но обе эти газеты поместили сегодня отдельные материалы о белорусской писательнице.

Газета «Монд» вынесла свой материал на первые полосы с заголовком: «Лауреат Нобелевской премии против советских мифов».

Тут же отмечается негативная реакция на этот выбор со стороны российских властей. Такая реакция объяснима, тем более что газета «Монд» называет творчество Светланы Алексиевич «голосом диссидента русского мира». Газета цитирует слова писательницы: «Тоталитаризм изменил наш народ. Мы одновременно и палачи, и жертвы самих себя, травмированные советским опытом жизни».

Характерен заголовок, выбранный для этой темы газетой «Фигаро»: «Светлана Алексиевич или русская душа под скальпелем». По словам автора статьи, «в её книгах нашли отражение советские трагедии от сталинской диктатуры и Афганистана до Чернобыля».

Газета «Круа» назвала статью так: «Светлана Алексиевич: движение Истории». Характеризуя её творчество, автор статьи пишет о полифоничности её книг, о том, что «её работа заставляет услышать не её собственный голос, а голос (или голоса) незнакомый, для которого сама писательница является словно бы переводчицей, создавая впечатление, что читатель находится в непосредственном контакте с персонажами». При этом слово «персонажи», берется в кавычки, что отражает своеобразие творчества Светланы Алексиевич, находящееся на стыках художественно-документальной прозы, свидетельства очевидца, хроники, журналистского расследования и скрупулезного анализа действительности. Очень непросто создать такой эффект в тексте.

В газете «Либерасьон» помещена статья под названием «Светлана Алексиевич: сострадание человечеству».

*****

Обеспокоенность Европы и НАТО после нанесения российскими ракетами удара по целям в Сирии — вторая важная тема парижских газет. Прессу настораживает необычная для российских официальных источников подробность и детальность в описании запуска ракет с акватории Каспийского моря.

Газета «Фигаро» помещает материал под общим названием «Сирия: русский удар заставил замолчать НАТО». Действительно, новые ни разу не использованные до сего времени русские ракеты с Каспийского моря внесли и ясность в планы Путина, и смятение в стане Северного альянса. Из аналитических и редакционных статей следует, что в регионе сирийского конфликта сформировалась новая коалиция – Москва-Тегеран-Асад и ливанская Хезболла. Для авторов материала очевидно, что на данный момент этот военно-политический союз перехватывает инициативу, как в отношении режима Башара Асада, так и в отношении действий против террористической группировки, именующей себя «Исламское государство», которая контролирует уже очень большую часть территории в регионе конфликта.

Тему об отмене смертной казни, выносит на первую страницу газета «Юманите», которая напоминает, что сейчас в общей сложности в мире около 20 000 человек ожидают смертной казни в тюрьмах в «коридорах смерти».

Источник: RFI



Светлана Алексиевич: «Мир Сталина и Путина — это не мой мир»
09-10-2015 Отредактировано 09-10-2015 в 13:41. Геннадий Шарипкин (Минск)
20151013_14-24
Лауреат Нобелевской премии по литературе Светлана Алексиевич

20151013_14-04
У Беларуси появился свой нобелевский лауреат. 8 октября Нобелевский комитет по литературе Шведской академии вручил премию белорусской писательнице Светлане Алексиевич «за ее многоголосое творчество — памятник страданию и мужеству в наше время».

Нобелевскую премию Светлане Алексиевич прочили давно. Это произошло, и событие сразу затмило довольно серую кампанию по выборам президента, которые состоятся в это воскресенье, 11 октября. И все же выборы обеспечили невиданный аншлаг на первой пресс-конференции Светланы Алексиевич через несколько часов после новости — в Минске оказалось довольно много иностранных журналистов.

Первые слова о чувствах после известия из Швеции: «Вот, плачу!»

К началу пресс-конференции писательницу уже успел поздравить министр культуры России, «а белорусский — нет». Лишь к позднему вечеру появилось официальное поздравление от МИД Беларуси, еще позже все-таки пришло поздравление от президента Александра Лукашенко. У белорусской власти и писательницы отношения не складываются давно, да и в советские времена после книги о «цинковых мальчиках» из Афганистана были попытки организовать суд над Алексиевич.

Отвечая на вопрос, кем же все-таки она себя чувствует — родившаяся в Украине, выросшая в Беларуси, пишущая по-русски, много лет прожившая в Европе — писательница сказала: «Я бы могла сказать, что я себя чувствую человеком белорусского мира, человеком русской культуры — очень мощная прививка русской культуры — и, конечно, космополитом».

По словам Алексиевич, она любит «русский мир», но не тот, который знают сейчас: «Я не люблю мир Берии, Сталина, Путина, Шойгу — это не мой мир».

Нобелевская премия, как говорит Светлана Алексиевич, в ее случае — это премия для всех белорусов: «Я бы хотела, чтобы у белорусов была гордость. Потому что, это же не я одна сделала — это мои герои, мои родители, мой дед, мой прадед, который учился вместе с Якубом Коласом (классик белорусской литературы — прим. RFI). Это общее гуманитарное накопление. И я не принимаю, что это лично мое только. Я очень рада. Я очень рада, что мы — вместе».

На будущее своей страны Алексиевич смотрит с пессимизмом: «Победитель (президентских выборов — прим. RFI) известен. Потому что народ испугался войны, испугался того, что в Украине случилось, в Сирии теперь. Знаете, война — это страшно. И наш народ, по-моему, до последнего не хочет брать оружие в руки. И я рада, поскольку я тоже не сторонник революций. Но я думаю, что еще долгий путь, что свободными мы будем не скоро. Мы очень маленькие, мы зажаты со всех сторон и, в общем-то, мы небогатая страна. И мы очень разрознены, каждый сидит у себя в своем домике и не хочет выходить. Вот украинцы, видите, какие они оказались... Все-таки, как это выйти на улицу, но чтобы не стрелять? Я не знаю ответа на этот вопрос».

«Близких перемен не жду»

Писательница не видит у Лукашенко сил противостоять русскому миру — хотя бы в виде российской авиабазы: «Боюсь, что она будет у нас. Не вижу я сил у Лукашенко и ресурсов этому противостоять. И не вижу этих сил сопротивления в обществе. Общество примет все, что предлагает власть, к сожалению. У Лукашенко очень трудное сейчас положение. Он очень хотел бы оторваться от России. Но кто же ему даст. С одной стороны, его держит его собственное прошлое. А с другой стороны, его держит Путин. Под собственным прошлым я имею в виду, что он не знает других правил игры. Он с этим вырос, несмотря на то, что надо признать, что у него очень сильное политическое чутье. Базу ему, конечно, навязывают. Я не думаю, что он этого хочет сам. Спасение Беларуси, если бы она повернула в сторону Евросоюза. Но никто ее не отпустит».

«Я люблю белорусов — это же мои родители, отец у меня белорус, мои бабущка с дедушкой. Я долго жила в деревне и очень любила деревню, и люблю очень. Нет, я люблю белорусов, — говорит она. — Единственное, я не знаю, или это мудрость, которую проявляют белорусы, или это все-таки страх, который в нас сидит, не знаю... (…) Беларуси — две, вот та старая, деревенская, и Беларусь — молодая. Я, к сожалению, близких перемен не жду. И поэтому, мне кажется, надо спокойно, тихо делать свое дело. Другого пока у нас выбора нет».

Что касается действий России по отношению к Украине, то Светлана Алексиевич называет происходящее оккупацией: «Я все-таки думаю, что это оккупация, это иностранное вторжение. Хотя там есть люди, очень много, которые были недовольны тем, как было на Украине, и хотели каких-то перемен. Но они бы никогда не воевали, они бы нашли какой-то другой, наверное, путь перемен. Привезите к нам сюда десятка два грузовиков, и всегда найдутся какие-то люди, которых можно вооружить».

Отметим, что в Беларуси сегодня существуют два писательских союза — лояльный властям Союз писателей Беларуси (СПБ) и альтернативный Союз белорусских писателей (СБП). Светлана Алексиевич состоит в последнем. Глава СБП Борис Петрович надеется, что победа коллеги привлечет внимание Европы и всего мира к другим именам современной белорусской литературы.

Борис Петрович: «Это событие, конечно, для всей Беларуси. Не только для белорусской литературы. Это первый Нобель — и Беларусь его получила не в области физики, химии, медицины, а именно по литературе. Это очень важно, важно для поддержки нашей культуры, важно для того, чтобы мир узнал, что есть такая страна Беларусь, чтобы нас наконец не путали с Россией, чтобы название Беларусь звучало на всех языках. Не Weißrußland, не Vitrussland, а именно Беларусь. У нас много интересных писателей. Хорошо бы было, если бы Европа познакомилась с их творчеством, чтобы их книги переводились на все европейские языки, чтобы Европа узнала не только про Светлану Алексиевич, Василя Быкова, Алеся Адамовича, но и всех белорусских писателей, которые делают чудесную литературу».

По представлению Шведского ПЕН-центра Светлана Алексиевич номинировалась на Нобелевскую премию по литературе с 2002 года за цикл произведений «Голоса Утопии», который завершился в 2013 году книгой «Время секонд-хенд» (всего в него вошло шесть книг, среди которых «У войны не женское лицо», «Цинковые мальчики», «Зачарованные смертью», «Последние свидетели» и «Чернобыльская молитва»).

Светлана Алексиевич многократно удостаивалась различных наград. Отметим, что в 2013 году она получила французскую премию Медичи, а в 2014 году — звание офицера почетного ордена искусств и литературы Французской Республики. В 2015 году Алексиевич была специальной гостьей стенда Франции на XXII-ой Международной книжной выставке-ярмарке в Минске.

Источник: RFI



Французская переводчица Светланы Алексиевич: «Она, как никто, умеет слушать и сострадать»
09-10-2015 Отредактировано 09-10-2015 в 19:00. Анна Строганова
20151013_14-53
Французская переводчица Светланы Алексиевич Софи Бенеш

20151013_14-04
Никто не знает писателя лучше, чем его переводчик. Французская переводчица нобелевского лауреата Светланы Алексиевич Софи Бенеш (Sophie Benech) знакома с писательницей уже двадцать лет. Анна Строганова поговорила с ней об универсальности прозы Алексиевич, ее уникальной способности сопереживать, а также о том, как писатель может поднять публицистику до уровня литературы.

RFI: Разговоры о том, что Светлане Алексиевич могут дать Нобелевскую премию по литературе велись последние несколько лет. Верили ли вы в то, что это произойдет?

Софи Бенеш: Я надеялась в 2013 году, чуть-чуть — в 2014-м, но этого не произошло, и я от этой мысли отказалась. Сама Алексиевич тоже, мне кажется. Так что, в этом году это было совершенно неожиданно.

Как вы отреагировали, когда узнали?

Я по-настоящему обрадовалась. Она действительно заслуживает этой премии. Я была рада не только лично за нее, но и за ее книги.

Вы работали над переводом ее последней книги «Время сэконд хенд». Чем для вас стала эта книга?

Я думаю, что это очень важная книга, и важно, что она была переведена. Я не возьмусь судить о значимости этой книги для русских, но для нас, иностранцев, людей западного мира, она важна чрезвычайно. Она дает гораздо более объемный взгляд на Россию и на недавнюю российскую историю, нежели тот, что мы находим в прессе. Вместо черного и белого, Алексиевич предоставляет читателю возможность уловить существенно больше оттенков и деталей, возможность встать на место самих русских.

Помимо того, что эта книга важна для понимания того, что произошло и происходит в России, мне кажется, она имеет еще и гораздо более универсальное значение. Именно поэтому «Время сэконд хенд» получила такой успех здесь, на Западе. Она говорит не только о России, но и о проблемах общечеловеческих — о свободе, выборе, жертве, о том, почему мы приносим себя в жертву идеологии, стоит ли оно того. Это понятно всем, даже тем, кто особенно не интересуется Россией.

Эта книга, которую нелегко, иногда мучительно читать. Переводить, наверное, еще сложнее?

Да, это очень сложно, потому что каждая история — это трагедия. Конечно, когда попадаешь внутрь этих рассказов, слышишь эти голоса, то переживаешь с ними.
В то же время, для меня — это литературное произведение. Когда занимаешься переводом, то глубоко проникаешь в язык и стиль автора, и я понимаю, какую огромную работу проделала Алексиевич для того, чтобы это был не просто сборник людских свидетельств. Для того, чтобы свидетельства, чьи-то рассказы имели реальную силу, необходима литературная мощь. Нужен настоящий текст. Ей удалось соединить все эти свидетельства таким образом, что они, как мне кажется, стали литературой.

Как вы работали вместе с ней?

Мы переписывались по электронной почте, я задавала ей вопросы. Но важнее отдельных вопросов была потребность быть с ней на одной волне. Настроиться на ее диапазон: быть способной почувствовать то, что чувствовала она.
Многое в ее книге держится на музыке и интонациях. У каждого рассказчика есть своя собственная интонация, и Светлана эту интонацию передает. Я должна была настроиться на волну каждого из героев, и одновременно на волну самой Алексиевич, чтобы понять, какие чувства она испытывала. Это волна человеческая и сострадающая.

Вы ведь знакомы уже двадцать лет.

Да, уже давно. Мы познакомились, потому что в 1990-х годах я переводила другую ее книгу, «Зачарованные смертью», и этот сборник в какой-то степени стал основой для «Времени сэконд хенд». Она взяла некоторые из свидетельств оттуда, доработала их и добавила новые. Поэтому когда она закончила писать «Время сэконд хенд», то попросила меня быть переводчицей.

Какой образ Светланы Алексиевич у вас сложился?

Она одновременно сильная и хрупкая. Для меня — она очень умная, тонкая, проницательная. Она, как никто умеет, слушать и сострадать. Она обладает уникальной способностью общаться с людьми не только на интеллектуальном или событийном уровне, но гораздо глубже. Я очень уважаю ее и люблю.

Вы уже видели реакции в русскоязычных СМИ и социальных сетях?

Да, совсем чуть-чуть сегодня утром. Прочитала несколько статей, что эта премия была вручена по политическим причинам, а сама Алексиевич — русофобка. Другого я особенно и не ждала, меня это совсем не удивило.

Что значит вручение Нобелевской премии Алексиевич в сегодняшнем контексте?

Ох, не знаю. С одной стороны, правда, что это происходит в достаточно показательный момент. Но вручение Алексиевич Нобелевской премии выходит за рамки этого момента — она уже давно была в числе потенциальных лауреатов, так что это не только конъюнктура. Мне лично кажется, что она этого заслуживает. По-настоящему.

Да, это другая проза — это не Пастернак, но это тоже литература, которая имеет право на это звание, если ее автор не просто журналист, а настоящий писатель.

Источник: RFI
__________

По теме:
- Правда никому не нужна?
- Заслуженная награда. Светлана Алексеевич: «Надо убивать идеи!»
- Филологи УрФУ предлагали кандидатуру Светланы Алексиевич на Нобелевскую премию еще год назад
- Кто для вас она в первую очередь Нобелевский лауреат Светлана Алексиевич...