?

Log in

No account? Create an account
Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Next Entry
Андрей Юров: СПЧ – это коллективный шут...
Карандаш
tekstus
На поклон в Кремль? 01.10.2015 21:05 // Радио Свобода
20151004_18-58

Правозащитники сходили к Путину. В эфире: Андрей Юров, Александра Букварева. Андрей Пивоваров, Валентин Гефтер, Сергей Ковалев.
<...>

Владимир Кара-Мурза-старший: С нами на прямую связь вышел Сергей Ковалев, бывший политзаключенный и бывший уполномоченный по правам человека в Российской Федерации.

Сергей Адамович, насколько лицемерно выглядит то, что сегодня глава государства подписал указ о премиях российским правозащитникам?

Сергей Ковалев: Прошу меня простить за неизбежную резкость. Я думаю, уважаемые господа, что мы сейчас занимаемся совершенно пустым делом. Этот Совет при президенте создан с заранее принятой властью целью – замазать природу нашей власти. Происходит следующее. Наш якобы парламент – наша назначенная, а не избранная Дума – принимает один за другим антиконституционные законы.
20151004_19-22
Ну хотя бы о тех же "иностранных агентах". Не надо ссылаться на иностранный опыт. Из этого закона ясно следует, что вопреки российской Конституции гражданину не надлежит замечать недостатки своей власти, если он получает грант от грантодателей. А почему он получает из-за границы эти деньги на свою работу? Потому что каждый отечественный потенциальный инвестор правозащитного движения должен получить на свои пожертвования санкции Кремля. А наши олигархи – это вообще "путинский кошелек". Он туда залезает, когда надо, и расходует столько, сколько хочет. Вот такова ситуация, в которой действует этот замечательный Совет.

Совет этот играет роль камуфляжа, ширмы. Надо показать советскому обывателю, а также и значительной части западных комментаторов: "Все в порядке, ребята, у нас есть Совет при президенте. Стараемся". А что от этого Совета зависит, чего он в состоянии добиться? Ну, может быть, иногда какой-то мельчайшей мелочи, и опять-таки для демонстрации Западу. Никаких серьезных проблем этот Совет не обсуждает и не может обсуждать. И о чем здесь разговор? Зачем вы собрали весь этот наш синклит? Что мы тут обсуждаем? Все тут ясно. И обсуждать, по-моему, больше нечего.
<...>

В.Кара-Мурза: Андрей Юров хочет ответить Сергею Адамовичу Ковалеву. Пожалуйста, Андрей.
20151004_19-27
Андрей Юров: Ну, да, это не то, что бы как раз прямой ответ, потому что во многом Сергей Адамович дал, конечно, справедливую оценку всему, что происходит. То есть это такой грустный ответ. С одной стороны, я считаю, что Сергей Адамович прав, с другой стороны, мне кажется, что и Людмила Михайловна права. Это как в старой притче про раввина. И все правы здесь.

Дело в том, что единственно, что бы я возразил чуть-чуть Сергею Адамовичу, это по поводу того, что СПЧ нужен исключительно для бутафории. Дело в том, что никого обмануть с помощью СПЧ не удается. Ни местного потребителя, ни международного. Как раз никто всерьёз не считает, что СПЧ – это такая хорошая ширма. Скажем так, её никто не считает хорошей ширмой. Вот, что я имею в виду. То есть в этом смысле, если она была создана для обмана, то как раз это не получается.
20151004_19-31
Во всем остальном, ну, да, всё очень грустно и печально. Я бы, честно говоря, конечно, говорил бы скорее не о коллективной ширме. Я бы, честно говоря, другой образ привел бы, ближе. Вообще. Я долго думаю, многие годы, о том, какой архетипический образ правозащитника, кто это такие, вот если взять Древнюю Русь? И мне кажется, что это архетип юродивых-с. Но одновременно еще скоморохов и шутов, то есть СПЧ – это коллективный шут, который может говорить царю в лицо то, что никто другой не может. Никакие олигархи не могут, никакие министры не могут, вот никто не может, а вот они могут. Не обязательно члены СПЧ, вот правозащитники. А вот правозащитники, это такой специальный орган, такой вот коллективный шут, который может такие вот вещи позволять. И в общем, наверно, царю это полезно.

В этом смысле насколько это ужасно, цинично, бессмысленно – это очень сложный разговор, но с другой стороны, вот смотрите, я опять же согласен с Сергеем Адамовичем о том, что мы часто решаем частные вопросы. Но ведь эти частные вопросы часто касаются сотен тысяч людей. Например, две амнистии, продвинутые СПЧ. Это порядка двухсот, внимание, тысяч человек, вышедших на свободу за последние пять лет. Мне кажется, что двести тысяч судеб – это много.
Или вот то, к чему я лично причастен, это то, что удалось неимоверными усилиями многих людей вытащить на свободу известного краснодарского правозащитника, моего близкого друга Михаила Савву. Вот просто то, что человек сидел, вот он всего лишь был переведен под домашний арест, т.е. уже вышел на свободу, а потом получил условно и смог, понятно, остаться на свободе, может быть не самым корректным способом, но очень важно. Для меня это очень важно…

Да, конечно, если Сергей Адамович говорит о системных настоящих изменениях в сфере прав человека и действительно о стратегии государства, он абсолютно прав. Мне совершенно нечего возразить, я могу только посыпать голову пеплом, каяться, но я просто объясняю, что для многих правозащитников участие в СПЧ – это не слепая вера в то, что мы что-то там офигенное делаем. Как раз у многих из нас чувства те же, что и Сергея Адамовича. И я глубоко уважаю не только его самого, но и его мнение. Я просто говорю, что иногда какие-то вещи удаются. Я просто понимаю, что если бы этого не было, то не удавалось бы даже этой мелочи.

Вопрос только в том, стоит ли этим заниматься. Или, если мы занимаемся этими мелочами, то мы как бы поддерживаем имидж нынешней власти? Это действительно важный вопрос. Стоит ли ради отдельных побед фактически принадлежать, потому что Совет по правам человека всё-таки при президенте. Это очень серьёзный этический вопрос, и для меня он с самого начала, когда я дал, кстати, Людмила Михайловна меня попросила тогда еще в двенадцатом году войти, когда я дал согласие и до сегодняшнего дня это абсолютно открытый вопрос, и в это смысле Сергей Адамович выступает в качестве части моей совести.
<...>

Андрей Юров: …Опять, может быть я очень узко вижу, но мне кажется, что как раз те небольшие изменения, которые всё-таки удается протащить, они еще пока не превратили нашу страну в окончательно полицейское государство, где вообще просто там, где начинаются правоохранительные органы, начинается бесправие. Я видел очень много, скажем, таких поправок - очень существенных и очень системных. Это происходит не на встрече ежегодной с президентом, это происходит во время постоянной кропотливой работы СПЧ. И там к ней привлекаются реально десятки самых лучших экспертов. Я это иногда вижу. Я понимаю, что если что-то там удается то, может быть, подчеркиваю, всего лишь может быть это не зря. Но еще раз говорю: в целом я очень понимаю тон как Сергея Адамовича, так и Валентина Гефтера, и я не думаю, что в ближайшие месяцы, а может быть и годы формат общения может быть другим. Скорее, это такой морально-этический момент, оставаться во всем этом, либо, следуя долгу чести, торжественно покинуть.

Я не хочу, например, сейчас все свои резоны, почему я вначале по предложению близких мне друзей-правозащитников на это на всё согласился, и почему до сих пор не покинул всё это, хотя несколько было моментов, когда, я так понимаю, меня уже собирались покинуть. И последний момент, это когда возглавляемую мной “Крымскую полевую миссию” внесли в патриотический стоп-лист. Ведь это всё-таки не иностранный агент, это бери круче. Патриотический стоп-лист это всё-таки…, потому что нежелательная организация, с которой вообще нельзя общаться. Но пока мы еще не нежелательная, пока всего лишь в патриотическом стоп-листе. Но это в общем-то более чем. И в это смысле, конечно же, никто не потерпит в СПЧ главу структуры, если её признают нежелательной. Но это просто невозможно. Тогда как я могу встречаться с президентом, если со мной нельзя встречаться и здороваться никому вообще. Это уголовное преступление.
<...>

Источник: Источник: Радио Свобода, youtube.com



20151004_20-54
Члены Совета

Юров Андрей Юрьевич
Президент благотворительного фонда «Интернациональный проект – Молодёжное Правозащитное Движение»
20151004_20-56

Директор по развитию региональной общественной организации «Московская Хельсинкская Группа».

Являлся почетным президентом Молодежного правозащитного движения.

Является выпускником Московской школы политических исследований (2004 г.).

В сентябре 2008 г. являлся участником независимой наблюдательной миссии европейской сети FLARE (Freedom, Legality and Rights in Europe) в Грузии.

Личный медиаархив
Блог на сайте Совета
andrey.yurov.710
andrey_yurov


Источник: Совет при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека



Крымская полевая миссия по правам человека



Источник: crimeahr.org



«Теперь самые жуткие слухи о том, что происходит в Крыму, невозможно будет опровергать. Кто будет это делать?»
21.07.2015 Елена Масюк, обозреватель «Новой», член СПЧ, член ОНК Москвы

20151004_22-18

В мае 2015 года президент Путин подписал изменения в закон «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан РФ». Речь идет о создании списка нежелательных иностранных или международных организаций, представляющих угрозу основам конституционного строя РФ, обороноспособности страны или безопасности государства. Включение организации в список означает запрет на работу на территории России.

А недавно Совет Федерации составил свой список «нежелательных организаций» и направил его в Генпрокуратуру. В этом «патриотическом стоп-листе» наряду с фондом Сороса и фондом Маккартуров, Freedom House и Всемирным конгрессом украинцев есть и Крымская полевая миссия.

О Крыме и патриотизме — истинном и мнимом — руководитель Крымской полевой миссии, правозащитник, член СПЧ Андрей Юров.

— В чем, как ты считаешь, российские сенаторы увидели антипатриотизм Крымской полевой миссии (КПМ)?

— С моей точки зрения, Крымская полевая миссия выполняет глубоко патриотические задачи. Я говорю без тени иронии, потому что мониторинг соблюдения прав человека в Крыму, который сейчас является сложной территорией для России, крайне важен.

Например, сейчас очень много возникает вопросов, связанных с регистрацией собственности людей, потому что все указы касаются только граждан Украины и России, а в Крыму довольно много крымских татар, которые являются гражданами Узбекистана. (В 1944 году большую часть крымских татар депортировали в Узбекскую ССР. — Е. М.)

Кроме того, есть важные вопросы, связанные с указом о реабилитации депортированных народов. (В апреле 2014 года президент Пути подписал Указ «О мерах по реабилитации армянского, болгарского, греческого, крымско-татарского и немецкого народов и государственной поддержке их возрождения и развития». — Е. М.) Указ выполняется очень плохо. Для этих народов фактически ничего не сделано. И, конечно, необходимо провести мониторинг реального соблюдения трехъязычия.
<...>

— А как КПМ взаимодействует с властями Крыма?

— До «стоп-листа» у нас был неплохой контакт с крымским омбудсменом госпожой Лубиной, по крайней мере, мы обменивались информацией. Сейчас, я думаю, этот контакт будет затруднен самим фактом включения нас в «стоп-лист». Думаю, что нам будет тяжелее находить информацию, она будет менее достоверной, менее проверенной, чем была до этого. Наша задача была работать открыто, легально, честно, в полном контакте с любыми структурами, которые хотели с нами взаимодействовать, будь то российский омбудсмен или его аппарат, Совет по правам человека при президенте РФ или украинский омбудсмен.

— Андрей, как ты считаешь, почему Совет Федерации включил вас в «стоп-лист»?

— У меня есть ощущение, что это инициатива местных крымских властей. Они воспринимали Крымскую полевую миссию как некий мониторинг их не всегда корректных действий, и, соответственно, мы стали для многих чиновников угрозой их благополучия. Надо сказать, что большинство международных организаций (я имею в виду межправительственных, куда входит Россия, — ООН, ОБСЕ, Совет Европы) в своих данных про Крым ссылаются на информацию КПМ. Потому что мы единственные, кто вел достаточно системную работу.

— В справке для Совета Федерации говорится, что «Крымская полевая миссия по правам человека активно включена в проблемы крымских татар, осуществляет поддержку Крымского меджлиса». Может быть, в этом и есть причина нынешних гонений на вас?

— Может быть. Мы ведь мониторим ситуацию с крымскими татарами. Скажем, последняя ситуация с АТR была дикой, и закончилась эта история для России очень плохо (АТR — первый крымско-татарский телеканал. Начал работу в 2005 году. В 2015 году каналу не продлили лицензию на вещание. — Е. М.). Я могу объяснить, чем плохо. До этого канал был немножко фрондирующий, но вполне лояльный, он допускал отдельную критику в адрес местных чиновников, но не касался федеральной власти. Ведь сила АТR заключалась в том, что на канале работали не только крымские татары. Канал во многом был трехъязычен и чуть ли не наполовину вообще русскоязычный (60% вещания АТR ведется на русском языке, 35% — на крымско-татарском, 5% — на украинском. — Е. М.). Просто канал давал альтернативную точку зрения той, которую предлагали официальные каналы.

— В «Парламентской газете» о принятом Советом Федерации «стоп-листе» написано так: «Сенаторы подчеркивают: попадание в список не приговор, а сигнал — мы видим и знаем, чем вы занимаетесь, и кто и зачем вас финансирует». Кто финансирует Крымскую полевую миссию?

— Крымская полевая миссия — это всего пять человек. КПМ официально заработала 5 марта 2014 года, а неофициально функционировала с 27 февраля в составе двух-трех людей. Опять же, люди работают на волонтерской основе. То есть я как глава Крымской полевой миссии никаких денег ни от кого не получаю.

— Но на сайте КПМ есть счет, на который можно перечислить деньги. Наверняка вам перечисляют деньги?

— Дело в том, что у нас могут быть счета только партнерских организаций. Мы же вообще не организация! У нас нет ни счета, ни юридического лица, мы ни в одной стране не зарегистрированы (ни в России, ни на Украине, ни в третьей стране). Мы же не юрлицо, мы просто группа людей, группа энтузиастов, озабоченных ситуацией прав человека на полуострове.

Да, есть несколько организаций (российских и украинских), которые нас поддерживают. И именно для поддержки КПМ и для системной работы в Крыму год назад была создана коалиция — Инициативная группа по правам человека в Крыму. Сейчас в нее входят уже около 30 организаций: российских, белорусских, украинских. Вот эта коалиция нам оказывает разную помощь. Например, купить домен, или какому-нибудь эксперту, даже не нам, оплатить поездку, или провести круглый стол.

— А ФСБ, налоговая полиция вами не интересовались?

— Нет, какая налоговая полиция, куда она может прийти? У нас же нет никакого офиса! Мы живем в разных городах и странах. Мы легальные правозащитники, и единственное наше оружие — это открытость и прозрачность.
<...>

— Список нежелательных организаций по закону определяет Генпрокуратура. Как ты считаешь, почему Совет Федерации решил помочь прокурорам с составлением «стоп-листа»?

— Это просто дополнительный политический пиар. Кстати, если аккуратно почитать закон о нежелательных организациях, то становится ясно, что сам он носит характер патриотической агитки, как и этот «стоп-лист». Например, в законе есть ссылка на некие государства, которые совершили недружественные акты в отношении России, а именно: запрет на въезд и арест имущества. У меня возникает вопрос: а есть ли список этих государств? Как гражданин как я могу это узнать? Может быть, МИД тогда опубликует этот список? Наверное, мы можем догадаться, что это США. А вот Канада подпадает или нет? Я не знаю. Арестовано там имущество каких-то российских олигархов или нет? Что я буду сейчас следить, мониторить, где, какое имущество, каких олигархов арестовано? Вы принимаете закон, где написано — «государства, которые совершили…», ну так приведите список этих государств, мы хоть знать будем, какие государства нам недружественные.

В этом смысле Совет Федерации совершает некий политический акт, прекрасно понимая, что делает работу этих структур (из списка) либо совсем невозможной, либо почти невозможной. Фактически это просто позорные списки. Все 12 организаций, вне зависимости от решения Генпрокуратуры, будут включены в этот лист, и все будут знать — ага, вот они, главные мерзавцы!
<...>

— На сайте Крымской полевой миссии написано, что «миссия объединяет тех, кто готов заниматься защитой прав человека вне зависимости от отношений к политической ситуации на Украине и позиции по вопросу присоединения Крыма». То есть в Крымской полевой миссии есть и те, кто считает, что «Крым наш»?

— Мы не требуем от волонтеров подписки о том, какую они занимают политическую позицию в отношении Крыма. Для нас очень важно, чтобы любой волонтер или эксперт просто был компетентен в области прав человека, верховенства права, чтобы для него права человека были важнее, чем вопрос формальной принадлежности Крыма кому бы то ни было.
<...>

Источник: Новая газета



Молодежное Правозащитное Движение
20151004_22-35
Молодежное Правозащитное Движение (МПД) – это:

- cообщество молодых (по состоянию души) правозащитников и гражданских активистов со всего мира;
- сеть, в которую входят более тысячи человек и организаций, объединившихся для решения общественных проблем и поддержки друг друга;
- пространство для роста и развития начинающих и опытных социальных акторов.

Международная сеть – Молодежное Правозащитное Движение – сообщество, созданное в рамках Интернационального проекта – Молодежное Правозащитное Движение. Проект появился на свет 8 августа 1998 года, и его главной миссией стало создание и поддержка нового поколения молодых правозащитников и гражданских активистов.

Корреспонденты и Участники Сети МПД живут в 38 странах, на пространстве от Сан-Диего до Владивостока, от Буэнос-Айреса до Мурманска.

Более 10 лет МПД-шники всего мира отмечают 9 апреля – Международный день молодежных действий за Права Человека.

В 2009 году МПД получило статус участника (participatory status) при Совете Европы – крупнейшей межправительственной организации по защите прав человека на пространстве большой Европы.


Сообщество

Почетные участники МПД

Людмила Алексеева / Lyudmila Alexeyeva Москва, Россия
Московская Хельсинская Группа (МХГ)
Почетный председатель Общественного Совета МПД

Андрей Юров /Andrey Yurov Воронеж, Россия
Московская Хельсинкская Группа
Международный Институт Драконологии


Алена Объездчикова / Alyona Ob’ezdchikova Воронеж, Россия
Международное МПД
Межрегиональная Правозащитная Группа – Воронеж/ Черноземье

Игорь Сажин / Igor Sazhin Сыктывкар, Россия
Коми правозащитная комиссия «Мемориал»
Международное общество «Мемориал»

Наталья Новожилова / Natalia Novozhilova Владимир, Россия
Владимирский профсоюз журналистов и работников СМИ «Новый ковчег»

Сергей Кривенко / Sergey Krivenko Москва, Россия
Группа «Гражданин. Армия. Право»
Международное общество «Мемориал»

Дмитрий Краюхин / Dmitry Krayukhin Орел, Россия
Институт Общественных Проблем «Единая Европа»

Юрий Джибладзе / Yuri Dzhibladze Москва, Россия
Центр развития демократии и прав человека

Наталья Таубина /Natalia Taubina Москва, Россия
Фонд «Общественный вердикт»

Татьяна Локшина / Tanya Lokshina Москва, Россия
Human Rights Watch
<...>


Источник: yhrm.org
Скриншот: Почетные участники МПД



20151004_23-03
26.09.2008
«Сейчас цель – спасти людей»

Что делается в Грузии после "пятидневной войны", увидели участники независимой наблюдательной миссии европейской сети FLARE (Freedom, Legality and Rights in Europe), они находились в этой южной стране в конце августа. В состав вошли правозащитники из России и других государств, возникших на постсоветском пространстве, в частности, эксперт Московской Хельсинкской группы, почетный президент МПД Андрей Юров (он был первым представителем российской некоммерческой организации, посетившим Грузию с миротворческим визитом), Елена Тонкачева из Фонда развития правовых технологий (Беларусь) и Александра Деменчук из общегражданского движения "Многонациональная Грузия". Корреспондет ЗАКС.Ру побеседовал с ними.

- Андрей Юрьевич, не страшно было лететь?

Андрей Юров: Я ехал с чувством, что не смогу говорить в Грузии по-русски, что меня там будут воспринимать как врага. В самолёте же мы боялись, что прямо в аэропорту к нам подойдут люди в штатском и арестуют, либо отправят обратно. Я уверен, что в России также и произошло бы. А в Тбилиси – вышли мы с борта самолёта, а никто не подходит, не встречает. В стране вооруженное положение, а там никого.

У меня не было проблем из-за того, что я из России. Правда, о том, что я из России знали в основном представители некоммерческих организаций, а это всё-таки особые люди. Для людей на улице, в палаточном лагере я был просто членом миссии FLARE.
<...>


Источник: mhg.ru.
Скриншот



Московская школа гражданского просвещения
20151004_21-47
Московская школа гражданского просвещения (МШГП) — российская независимая неправительственная некоммерческая просветительская организация. Основана в 1992 году Еленой Немировской и Юрием Сенокосовым. В 1992—2013 гг. носила название «Московская школа политических исследований» (МШПИ). МШГП занимается проведением семинаров для слушателей, представляющих российскую власть (федеральную, региональную, муниципальную), гражданское общество и СМИ, а также издательской деятельностью в гуманитарной сфере. Девиз МШГП: «Гражданскому обществу — гражданское просвещение». 9-го декабря 2014 года Министерство Юстиции внесло АНО "Московская школа гражданского просвещения" в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента.

Международный попечительский совет МШГП

Джон Ллойд (Великобритания) — председатель попечительского совета МШГП. Пишущий редактор Financial Times.
Сэр Родрик Брейтвейт (Великобритания) — Посол Великобритании в СССР (России) (1988—1992 годы).
Энн Эпплбаум (США) — редактор The Washington Post.
Чарльз Гатри (Великобритания) — директор фонда «НМ Ротшильд и сыновья».
Тома Гомар (Франция) — директор Центра по делам с Россией Французского Института международных отношений
Чарльз Грант (Великобритания) — директор Центра европейских реформ.
Константин Косачев (Россия) — депутат Государственной думы России, председатель Комитета по международным делам Государственной думы (2004—2011 годы).
Иван Крастев (Россия) — политолог, аналитик по международным вопросам. Председатель Центра либеральных стратегий в Софии, научный сотрудник Гуманитарного института в Вене
Владимир Лукин (Россия) — Уполномоченный по правам человека Российской Федерации.
Федор Лукьянов (Россия) — главный редактор журнала «Россия в глобальной политике».
Михаил Маргелов (Россия) — председатель Комитета по международным делам Совета Федерации России.
Микаэль Мертес (Германия) — государственный секретарь по делам федерации и Европы правительства федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия.
Лариса Мишустина (Россия) — старший референт администрации президента России.
Доминик Моизи (Франция) — основатель Французского Института международных отношений.
Уильям Ньютон-Смит (Великобритания) — директор Программы поддержки высшего образования Фонда Сороса
Аркадий Островский (Россия) — глава московского бюро журнала The Economist.
Сергей Петров — основатель группы компаний «Рольф», депутат Государственной думы.
Томас Пикеринг (США) — председатель Американской академии дипломатии. Посол США в ООН (1989-1992 годы), в Индии (1992-1993 годы) и в России (1993-1996).
Владимир Плигин (Россия) — председатель комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Государственной думы.
Владимир Рыжков (Россия) — сопредседатель политической партии «Республиканская партия России – Партия народной свободы (ПАРНАС)», депутат Государственной думы (1993—2007)
Лорд Роберт Скидельски, барон Тилтон (Великобритания) — член Палаты лордов парламента Великобритании. Почетный профессор политэкономии университета Уорик, руководитель Центра глобальных исследований Великобритании.
Михаил Сульман (Швеция) — исполнительный директор Нобелевского фонда в 1992—2011 годах.
Дмитрий Тренин (Россия) — директор, председатель научного совета Московского Центра Карнеги.
Максим Трудолюбов (Россия) — редактор отдела «Комментарии» газеты «Ведомости».
Альваро Хиль-Роблес (Испания) — профессор университета Комплутенсе. Национальный омбудсмен Испании (1988—1993 годы), комиссар по правам человека Совета Европы (1999—2006 годы).
Кит Хэмпсон (Великобритания) — консультант «Демокраси Интернэшнл лдт».
Эрнст‐Йорг фон Штудниц (Германия) — председатель Правления Германо-российского форума, посол Германии в Российской Федерации (1995—2002).
Игорь Юргенс (Россия) — первый вице-президент ЗАО Инвестиционная Группа «Ренессанс Капитал», председатель правления Института современного развития.[1].


Совет директоров

Сопредседатели Совета директоров:

Александр Волошин — председатель совета директоров ОАО «Уралкалий». Председатель совета директоров РАО «ЕЭС России» (1999—2008 годы) и ГМК «Норильский никель» (2008-2010 годы и с апреля по июнь 2011 года), руководитель администрации президента России (1999—2003 годы).
Чарльз Райан (США) — председатель группы компаний UFG Asset Management, главный исполнительный директор Deutsche Bank в России.


Члены Совета директоров:

Тоби Гати (США) — ведущий международный советник юридической фирмы Akin Gump Strauss Hauer & Feld LLP в Вашингтоне. Советник по делам России в администрации президента США Билла Клинтона (1993—1997 годы).
Михаил Задорнов (Россия) — президент-председатель правления ВТБ 24. Министр финансов (1997—1999 годы).
Роджер Маннингс (Великобритания) — председатель Института аудиторских комитетов в России, член правления Ассоциации европейского бизнеса, член совета директоров АФК «Система».
Игорь Минтусов (Россия) — председатель совета директоров первой российской PR-компании «Николо М».
Сергей Недорослев (Россия) — председатель совета директоров группы компаний «Каскол».
Елена Немировская (Россия) — основатель Московской школы гражданского просвещения.
Рене Нюберг (Финляндия) — генеральный директор Восточного офиса финской промышленности. Посол в России (2000—2004 годы) и Германии (2004—2008 годы).
Юрий Сенокосов (Россия) — основатель и директор издательских программ Московской школы гражданского просвещения.
Михаил Сульман (Швеция) — исполнительный директор Нобелевского фонда.[2].

Источник: Википедия

Скриншоты: Основатели школы, Попечительский совет, Совет директоров, Команда школы.
__________

9-го декабря 2014 года Министерство Юстиции внесло АНО "Московская школа гражданского просвещения" в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента. Руководство Московской школы считает неприемлемым осуществлять деятельность в этом ложном статусе и принимает решение о приостановке наших проектов.

В связи с этим мы вынуждены прекратить обновление сайта www.msps.su, однако оставляем в открытом доступе все его архивные материалы. Многочисленные видео, аудио и фото материалы, авторские статьи и отчеты, книги и журналы не только рассказывают историю нашей организации, но и являются уникальным интеллектуальным ресурсом в сфере гражданского просвещения.

Материалы опубликованы некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента. Указано согласно закону №121-ФЗ от 20.07.2012 в результате принудительного включения в реестр

Источник: msps.su
_____

МШГП оспорит решение Минюста о включении школы в реестр иностранных агентов – Немировская

10 декабря. MOSSOVETINFO.RU - «Московская школа гражданского просвещения» оспорит в суде решение о признании организации иностранным агентом. «Решение о признании нашей организации иностранным агентом мы, люди каждый день состоящие и делающие школу, как и наши выпускники, считаем необоснованным и намерены отстаивать свою позицию в суде», - сообщила в среду основатель Школы Елена Немировская, выступая на открытии семинара Школы «СМИ и общество».

«Мы убеждены что гражданское историческое и правовое воспитание наших граждан являются важнейшей задачей современного воспитания, современного просвещения, для того, чтобы страна становилась успешной и современной и для дальнейшей ее демократизации», - сказала Елена Немировская. «Мы занимались этим 22 года и будем заниматься», - подчеркнула основатель Московской школы гражданского просвещения.

Ранее стало известно, что Министерство юстиции РФ, сославшись на закон N 121-ФЗ от 20.07.2012 года «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования деятельности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента», включило АНО «Московская школа гражданского просвещения» в реестр организаций, выполняющих функции иностранного агента.

АНО «Московская школа гражданского просвещения» (до августа 2013 года - «Московская школа политических исследований» / МШПИ) – неправительственная, некоммерческая организация, которая была создана в декабре 1992 года при поддержке Совета Европы. Школа работает в соответствии с российским законодательством.

Поздравляя МШГП/МШПИ с юбилеем в 2011 году Владимир Путин высоко оценил роль и значение Школы, как института гражданского общества.
«Московская школа политических исследований, которая хорошо известна в России и за рубежом как активно действующий институт гражданского общества. Известна как форум, куда приезжают молодые политики, журналисты и предприниматели из самых разных регионов нашей страны. Здесь, в Школе, они имеют возможность услышать экспертов мирового уровня и открыто обсуждать с ними самые актуальные проблемы политической и экономической жизни.
Все, кто участвовал в программах Школы, приобретают не только знания, но и новых надежных друзей. Школа сегодня — это просветительский объединяющий центр, где отстаиваются ценности демократии и общественного служения, воспитывается уважение к закону, моделируются инновационные решения. Желаю организаторам и выпускникам Школы здоровья и всего самого доброго, а самой Школе —дальнейшего успешного развития»
, - написал Путин в адрес МШГП/МПШИ.

Источник: ИА МОССОВЕТ