?

Log in

No account? Create an account
Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Next Entry
Современная война. Уязвимости России
Галстук
tekstus
Оригинал взят у nkfedor в Современная война. Уязвимости России



Несколькими днями ранее в своем посте «Цель — уничтожение России и окончательное решение русского вопроса. Специфика современной войны» я обратил внимание на то, что современная война это не только, а по правде сказать, и не столько война классическая — с танками, авиацией, ракетами и термоядерными боеголовками. Есть и другие, «неклассические» способы ведения войны, роль которых в решении задачи «продолжения политики иными средствами» может оказаться куда более существенной. Для специалистов подобное трактовка «военных аспектов» в новейшей истории не является чем-то невероятным. По крайней мере газета «Суть времени» пишет об этом, причем подробно и квалифицированно, вот уже третий год.

В последнее время на мой аккаунт «В контакте» все чаще приходят сообщения, которые не могут не настораживать. Их авторы указывают на серьезные проблемы в регионах России, проблемы, к сожалению, нарастающие. В их сообщениях — боль за судьбы людей, проживающих в этих регионах, и недоумение по поводу действий местных и центральных властей России, которые, по мнению авторов, усугубляют и без того тяжелое положение местного населения.

Поскольку в этих сообщениях речь идет о регионах, а предметом моего рассмотрения является война — в ее современном исполнении, то никак нельзя обойти вниманием публикации газеты «Суть времени» в рубрике «Диффузные сепаратистские войны». Согласитесь, было бы небезынтересно, например, сопоставить данные из сообщений, которые я получаю «В контакте», где говорится о «захвате китайцами» лесных угодий на Дальнем Востоке, с материалами статьи Антона Безносюка «Дальневосточный сепаратистский тренд»?

Впоследствии к этому вопросу мы еще вернемся. Здесь же я всего лишь хочу — по возможности кратко — очертить круг факторов, которые к проблематике «классической» войны отнести нельзя, но которые, тем не менее, имеют решающее значение для безопасности России. И которые, как ни странно, могут иметь отношение к армейским структурам России, к сфере ответственности Министерства обороны РФ и ее Генштаба. Речь, конечно же идет о так называемых «болевых точках» нашего государства, о том, что принято характеризовать словом «уязвимость». При этом сразу же следует сделать оговорку, что Россия может быть уязвима как по отношению к внешним факторам (зависимость от мировой конъюнктуры и поведения отдельных государств) так и внутренним (зависимость от настроений различных слоев и элитных групп российского общества).

Еще раз хочу подчеркнуть, что никаких новаций в этом моем изложении нет. Все это давным-давно обсуждено в газете «Суть времени», в работах Сергея Кургиняна и возглавляемого им МОФ-ЭТЦ.

Проблема легитимности российской частной собственности

Появление владельцев крупных активов в первые постсоветские годы не могло не вызвать подозрений. У «заведующего лабораторией молекулярной генетики», такого как Каха Бендукидзе, не было да и не могло быть легальных средств для того, чтобы стать владельцем «Уралмаша». Пусть даже и опосредовано, через создание «общественной организации с правом коммерческой деятельности», каковой в 1988 году был возглавляемый им «Биопроцесс». Даже с учетом того, что в в 1990 году он был преобразована в акционерное общество, оказавшееся в состоянии уже в 1994 году приобрести контрольный пакет акций «Уралмаша».

Как неоднократно заявлял Сергей Кургинян, структура доходов советских граждан не позволяла им накапливать финансовые ресурсы, достаточные для покупки значительных промышленных и сельскохозяйственных активов. Как не интегрируй сбережения советских граждан, будь они все академиками и нобелевскими лауреатами, их не хватило бы на создание акционерных обществ с уставным капиталом, сопоставимым с истинной стоимостью промышленных гигантов, объектов Единой Энергосистемы и инфраструктуры нефтяной и газовой отраслей. Даже с учетом того, что ваучеры в московских переходах продавались за бесценок. В момент, когда затевался «Великий Дерибан», его основным участникам были нужны хотя бы какие-то финансы. Причем в валюте. Кургинян, об этом можно прочитать, например, в книге «Качели», выделяет три источника такого «начального капитала»: воровские «общаки», деньги «теневиков» и активы агентурных сетей спецслужб, созданные для проведения специальных операций за рубежом. Этот факт истории нашей страны никем не оспаривается. Мы все с ним, как будто, свыклись. Мы готовы даже согласиться — на определенных условиях — и с амнистией капитала. Закрыть глаза на его происхождение, теша себя надеждой, а может, и вправду «Советская «малина» врагу сказала нет!».

И все бы ничего. Но значительная часть этих капиталов — в зарубежных банках. Четверть века, пока российский капитал плясал под «дуду» наших западных партнеров, об обстоятельствах происхождения этих капиталов никто и не вспоминал. Не желал ковыряться в подробностях. Но что мешает их же рассматривать как благоприятный фактор в условиях нынешних боевых действий, в том числе, политических. Ими можно шантажировать отдельных представителей российского бизнеса, и кто даст гарантии, что «малина» не дрогнет, не прогнется. Можно — вдруг — «открыть глаза» народу, возбудив законный гнев и «ярость благородную» у широких масс. И призвать к свержению существующего криминального режима! Тем более, что в этом случае и врать-то особо не придется. Нынешний режим — продукт согласия структур отнюдь не социалистической природы. А их, этих структур, генезис, как ни верти, — криминален. Наконец, можно «открыть глаза» на происхождение этих капиталов и западным партнерам росссийского бизнеса. И добавить аргументов в пользу расширения экономических санкций!

Антисоветский консенсус и просоветские настроения

Если уж речь зашла о выступлениях народных масс, «заточенных» на свержение постылого «антинародного» и «криминального» режима, нельзя не вспомнить об одном важном обстоятельстве. За годы, последовавшие за расчленением СССР, в России установилось особое отношение к недавнему прошлому, которое Сергей Кургинян называет «стратегическим антисоветским консенсусом». Этому феномену он посвятил статью «Нужна ли России правая партия?», опубликованную в № 176 «Известий» за 2011 год.

«Те, кто сносил и снес советскую Систему, «дружили» против этой Системы. И ненавидели друг друга. Почему? Потому что сносимую ими Систему ненавидели абсолютно по-разному», — пишет Кургинян. И продолжает:

«Либералы-антисоветчики возглавили перестроечный процесс, процесс радикальных рыночных реформ. Извлекли из этого огромное преимущество. И, взяв на себя ответственность за превращение сверхдержавы в страну периферийного капитализма, потеряли общественную поддержку уже к началу 1993 года. Ельцин не мог не сдать Гайдара в 1992 году. Не мог не заменить его Черномырдиным.

Вот мы и переходим с вами от либералов-антисоветчиков к другого рода антисоветчикам, входившим в команду ЕБН. К антисоветчикам умеренно-центристским (Черномырдин) и националистическим (Коржаков, Сосковец).

Борьба между этими антисоветчиками завершилась приходом Путина. Который был ближе к Коржакову и Сосковцу, чем к Черномырдину. Но именно ближе и не более того. «Путин — антисоветчик?» — спросят меня. Да, представьте себе. Умеренный, патриотичный прагматик-антисоветчик».

Среди антисоветчиков несомненно есть люди, фанатично ненавидящие советское. Их немного, но они активны, деятельны и готовы отстаивать свою правоту с яростью, на которую не способны те граждане России, которые советское отринуть не готовы. Социологические замеры показывают, что этих людей, с симпатией относящихся к советскому периоду, — подавляющее большинство. Но и к нынешнему, в существенной части криминальному, капитализму они относятся без фанатизма. Поэтому при столкновении активного антисоветского меньшинства и просоветского большинства, более склонного к компромиссу, поле боя, весьма вероятно, окажется за антисоветским меньшинством. Здесь никаких иллюзий быть не должно.

Но это вовсе не означает, что потенциал этого просоветского большинства не может быть направлен против «антисоветского режима», возглавляемого Путиным. Конечно, «просоветских» нужно будет еще и спровоцировать, «подогреть», но цель того стоит. На войне хороши все средства. Если устранение Путина и верного ему окружения обеспечивает нашему противнику решающий перелом в той войне, которая реально разворачивается прямо сейчас, то ради этого можно поддержать и лозунг — «Вперед — к победе коммунизма!». И это, очевидно, будет значительно дешевле, чем обмен ракетно-ядерными ударами.

Экономическая война и обременение государственными образованиями с «неопределенным» статусом

Вещам следует давать правильные имена, как говорил Конфуций. Если против твоей страны развязана экономическая война, ты не имеешь права называть происходящее в ее экономике кризисом. Мы уже как-то попривыкли к широко растиражированному «мему» «Хватит кормить Кавказ!». И весьма близкого к нему — «Хватит кормить Москву!». Еще вчера едва ли не вся Россия восклицала «Крым наш!». Сегодня мы должны быть готовы к тому, что на смену этому восклицанию придет очередной клон кавказского «мема» — «Хватит кормить Крым!». И вместе с ним — «Хватит кормить Донбасс!».

Экономический шантаж — сегодня, пожалуй, самое эффективное оружие против России. Территории с неопределенным государственным статусом, такие как Южная Осетия, Абхазия, Приднестровье, а теперь еще и Крым, и республики Донбасса несомненно тяжкое бремя для экономики России. Финансовый, и не только, потенциал Запада позволяет создать России такой режим «благоприятствования» в экономике, выдержать который будет чрезвычайно тяжело. Потенциал экономического давления на нашу страну далеко не исчерпан. Я говорю, в том числе, о Крыме, потому что полуостров отрезан от наиболее естественных логистических схем. Можно сколько угодно клясть Хрущева за то, что он передал Крым Украине, но факт остается фактом: связь полуострова с материком естественным образом могла осуществляться только через перешеек. Что бы там ни говорили по поводу моста через Керченский пролив. Тем более, что к автомобильным и железнодорожным перевозкам проблема не сводится.

Крым с шестидесятых годов «подсажен» на днепровскую воду. Его энергосистема теснейшим образом связана с той частью Единой Энергосистемы СССР, которая отошла к Украине. Это означает, что в Крыму жить будет намного тяжелее, чем в те времена, когда он входил в состав Украины. А строительство «объездных дорог», не решив всех проблем Крыма, опять-таки ударит по экономике России. Добавьте к этому блокаду Донбасса, а теперь еще и Приднестровья. Все связанные с этим проблемы лягут на плечи России. И тогда все вышеперечисленные лозунги получат и надежное обоснование и поддержку значительных масс населения.

Минский процесс и патриотический сегмент России

Донбасс... Как же велик соблазн одним ударом решить все проблемы — и Крыма, и самого Донбасса и Приднестровья.

Сейчас активно разогревают патриотический сегмент российского общества лозунгом «Долой пахабный Брестский мир»: «Минские соглашения не выполняются, поэтому надо действовать решительно!». «Каждая минута промедления стоит жизни мирным гражданам!».

Последние несколько дней на интернет-форумах, где изо дня в день обсуждается ситуация на Донбассе, их участники затаив дыхание следили за событиями в Горловке — «Неужто началось?!». Диванные аналитики замерли в ожидании наступления. А его нет и нет. И вот уже Захарченко разочаровал «оптимистов», заговорив о том, что по крайней мере до середины сентября Донбасс готов терпеть это «перемирие».

Понятно, что среди тех, кто активно продвигает «анти-минские» лозунги есть сознательные, возможно профессиональные, провокаторы. Но сколько же людей, искренне верящих, что тянуть с походом на Киев — смерти подобно! Они забыли, во что обошлось Дебальцево. Их не убеждают потери ВСН в Марьинке.

Этих патриотов (пишу без кавычек) противник будет использовать для атаки на Кремль. Уже использует. И он, противник, — в своем праве: сокруши он Кремль, Россия рухнет менее чем за неделю. Как рухнул в 1991 году Советский Союз. Ни мощнейшая армия, ни крупнейшая партия помехой этому не стали.

«Партия — это миллионов плечи, друг к другу прижатые туго»

В свое время Ленин заявил: «Есть такая партия». И не соврал. И не ошибся. Сейчас, увы, такой партии нет. А те, что есть — жалкая тень могучей КПСС, которая тогда, в 1991 году, как бы это помягче сказать, проворонила страну.

Нынешние партии, создаваемые как элемент системы «сдержек и противовесов» к войне непригодны. И не только к войне — к любому более или менее серьезному политическому кризису. Судьба Партии Регионов и Коммунистической партии Украины — тому наглядное подтверждение.

Более того, наши парламентские партии не просто растворятся до состояния «полной прозрачности», они могут просто предать. Стать еще одним передаточным звеном в механизме демонтажа нынешней кремлевской власти — со всеми вытекающими последствиями. И ОНФ в этом случае исключения не составит.

На кого опираться Путину?

Считается, и не без оснований, что в нынешней конфигурации Российской власти спецслужбы играют значительную роль. Помимо того, что они осуществляют свои профессиональные функции, элитные группы на основе представителей спецслужб входят в ядро современного российского крупного бизнеса. И в нем также играют далеко не последнюю роль. И потому к ним в первую очередь относится все то, о чем я говорил в самом начале — в разделе «Проблема легитимности российской частной собственности».

И еще у них с единством «неторопливо». Конкурируют между собой. Конфликтуют. Чему еще в 2008 году и посвятил свою книгу «Качели» Сергей Кургинян.

Возможно, сейчас ситуация и меняется к лучшему — в нашем понимании. Но и враг не дремлет — работает и коллективно, в том числе, через СМИ, и индивидуально. Во всяком случае, было бы странно, если бы он этого не делал.

Остается то самое большинство рядовых граждан, которые обеспечивают Владимиру Путину высокие рейтинги. Сейчас обеспечивают. Но и эта часть общества неоднородна. И с ней противник будет работать. Уже работает. А жизнь переменчива. Экономику России будут если и не добивать, то изрядно покусывать. А это скажется на социальной обстановке. В Армении вон тарифы на электроэнергию решили поднять...

Армия...

Не исключено, что это джокер в колоде Путина. Во всяком случае, период ее «гнобления», похоже, остался в прошлом. В этом смысле сейчас, пожалуй, в чем-то получше, чем в 1991 году. Тогда армию «опустили» — и Рустом, и событиями в Тбилиси, и немощью ГКЧП, который ввел в Москву танки, а потом не знал, как бы от них избавиться.

Что в итоге?

А итог, на мой взгляд, таков. Бить нас будут там, где мы слабее. Говорят, это один из основополагающих принципов дисциплины под названием «Исследование операций».

Пока вооруженные силы РФ выглядят предпочтительнее объединенных сил НАТО. Попытка «прыгнуть» на Донбасс получит достойный отпор. Время, когда ВСУ могли себе позволить такую роскошь — упущено. И НАТО в Донбасс не полезет. И в Приднестровье они не сунутся. Во всяком случае, первыми.

А провоцировать будут. И обстрелы Донецка будут продолжены. И к перемирию командование ВСУ будет подходить «диалектически», нагнетая напряженность и используя механизмы эскалации. А ВСН — в этом смысле — в долгу не останутся. Будут отвечать и, не исключено, совершать действия, которые пресс-офицеры АТО тоже назовут провокациями. По крайней мере — в течение лета.

Основные баталии этой — современной — войны в ближайшие месяцы будут в СМИ. К 2016 году начнут подтягивать улицы — повод для протестов найдут. Будут раскачивать регионы. Все силы будут брошены на Кремль. Падет Кремль — рухнет Россия.

Вот из этого и надо исходить. Определяться с кем ты, за что ты. Бороться с врагом. Помогать разобраться запутавшимся.

Тогда — победим!