Маркер

tekstus


Tekstus

"Теории приходят и уходят, а примеры остаются"


Previous Entry Поделиться Next Entry
Дмитрий Волкогонов. Триумф и трагедия
Машинка
tekstus
(Бушуев-Свет и тени-2006
 
Валерий Бушуев. ГОРБАЧЕВ И ПЕРЕСТРОЙКА
Отрывок из книги «Свет и тени: от Ленина до Путина. Заметки о развилках и персонах российской истории».
М., «Культурная революция», 2006.


... Совсем иное дело – такие люди, как занимавший в 80-е годы пост зам. начальника Главного политического управления Вооруженных Сил СССР, генерал-полковник Д. Волкогонов. Вскоре после моего прихода в «Коммунист» мне впервые поручили вести – то есть редактировать и готовить к печати - его статью. Ему, видимо, понравилось, как я работаю с его текстами, и в 1983-1986 годах через мои руки прошло несколько его материалов. Речь в них неизменно шла о необходимости непримиримой борьбы с происками американского империализма, разоблачались приемы психологической войны США и НАТО против СССР, возносилась хвала мужеству и доблести советских воинов, в том числе в Афганистане и других точках земного шара. В общем, совершенно типичные для военного политработника темы. Личного знакомства у нас долгое время не было, общались мы только по телефону, а материалы – кстати, из соседнего тогда с редакцией здания, расположенного на улице маршала Шапошникова, - приносил его помощник, ставший впоследствии моим хорошим другом.

Надо отдать должное генералу: он всегда великолепно чувствовал конъюнктуру, меняющиеся требования времени. Вот достаточно показательный пример. В 1983 году, после долгих проволочек, ГлавПУР разрешил публикацию нашумевшего впоследствии романа Ю. Полякова «Сто дней до приказа». «Но, - вспоминал много лет спустя автор, - тут встал один из замов начальника ГлавПУРа, который сказал, что он как коммунист и политработник категорически против, что эта вещь не имеет права на существование, и если вы будете настаивать, он пойдет в ЦК и т.д. Фамилия этого генерала была Волкогонов» («Книжное обозрение Ex libris НГ», 16 декабря 1999 года).
Роман-газета №19, 1990
В сентябре 1986 года Волкогонов неожиданно пригласил меня к себе. В кабинете, который он занимал, когда-то, по его словам, сидел С. Буденный. Мне, человеку очень далекому от армии, впервые довелось тогда пожать руку столь высокопоставленному военному. Не знаю, почему он вдруг проникся ко мне доверием, но разговор почему-то начал с того, что обрушился с весьма нелицеприятной критикой в адрес высшего руководства страны (явно имелся в виду Горбачев), которое, ничего не смысля в военных вопросах, идет на неоправданные стратегические уступки Соединенным Штатам. Заключаемые с ними сделки, говорил Волкогонов, наносят непоправимый ущерб обороноспособности страны. «Все это закончится очень печально», - провидчески сказал он тогда.

Силы реакции, по его словам, могут в определенный момент вывести на улицы огромные массы дезориентированных людей. Резерв этих сил – совершенно бесконтрольно выпускаемые на волю психически больные люди. Их очень много в стране. Он назвал мне несколько имен, из которых запомнилась только ставшая впоследствии известной одна «супердемократическая» дама. Легко внушаемых людей с неустойчивой психикой немало и в армии, сказал Волкогонов. От них уже избавляются. В качестве примера назвал некоего Уражцева и какого-то офицера из Военно-политической академии им. Ленина. Вред они еще могут нанести огромный, добавил он. Уражцев, не раз потом приходивший в редакцию с жалобами на руководство Министерства обороны, которое комиссовало его и уволило из армии, действительно производил впечатление не вполне адекватного человека. Про других трудно сказать что-то определенное не могу, я не психиатр, а какие порядки нередко царили в психбольницах в доперестроечные времена, хорошо известно. Но последовавшие в 1990-1991 годах события заставляют думать, что генерал в своих прогнозах был недалек от истины.
Роман-газета №20, 1990
После такого вступления Волкогонов перешел к вопросу, ради которого и позвал меня. Смысл его высказываний состоял в том, что в последнее время раздается очень много обвинений в адрес Сталина. На него сваливают все смертные грехи, а ведь в его деятельности были не только недостатки, но и достижения. «Пока не поздно, надо защитить Сталина», - эти его слова я навсегда зафиксировал в своей памяти12. Волкогонов сказал, что уже много лет собирает материалы для политической биографии Сталина, что он получил доступ, прежде всего, к военным архивам, и вскоре ему обещали открыть доступ к личному фонду Сталина в Центральном партийном архиве. У него уже готова значительная часть будущей книги о генералиссимусе, и он хотел бы предложить публикацию некоторых ее глав в «Коммунисте». Дело, по его словам, идет быстро, поскольку он обладает огромной работоспособностью: вечером, выпив стакан крепкого чая, за несколько часов может «выдать» печатный лист готового текста.

Я, естественно, поблагодарил его за это предложение и обещал дать быстрый ответ. Как полагается, в тот же день доложил о встрече своему главному редактору. И. Фролов к тому времени, видимо, уже был в какой-то мере осведомлен о далеко идущих идейно-политических задумках Горбачева, идущих вразрез с его официальными заявлениями. Поэтому он попросил еще раз вежливо поблагодарить «этого философа от генералов и генерала от философов», но сказать, что журнал воздержится от подобной публикации.

В течение последующих месяцев Волкогонов, видимо, почувствовав, какие новые ветры задули в обществе, радикально переделал книгу, полностью отказавшись от первоначального замысла. Через некоторое время в одном из «толстых» литературных журналов он начал публиковать первые главы этой книги под заглавием «Триумф и трагедия. Политический портрет И.В. Сталина». В 1989 году она вышла отдельным изданием, состоявшим из четырех частей. Это издание, кстати, отличается от второго, вышедшего несколько позднее в новой серии «Вожди» и отмеченного уже не антисталинизмом, а совершенно остервенелым антикоммунизмом. Эволюция взглядов Волкогонова оказалась невероятно стремительной: от «защиты Сталина» он очень быстро дошел до поистине омерзительной травли Ленина в своей одноименной книге из той же серии «Вожди» (М., 1994).

Роман-газета №17, 1991 Роман-газета №17, 1991
Роман-газета №17, 1991 Роман-газета №18, 1991


Последний раз мне довелось встретиться с Волкогоновым, ставшим уже к тому времени ельцинским вельможей, на презентации его книги «Троцкий» в пресс-центре МИДа на Зубовском бульваре (апрель 1992-го.) Он подарил мне свое сочинение с дарственной надписью, и мы расстались навсегда. Думаю, Волкогонов был очень обижен на появившуюся некоторое время спустя в нашем журнале пространную рецензию молодого историка Н. Дедкова («Свободная мысль», 1995, №1). В ней содержался детальный, очень обстоятельный и аргументированный анализ книги «Ленин», раскрыты допущенные автором многочисленные грубые фальсификации и подтасовки исторических фактов.

«Книга Волкогонова, - писал Дедков, - по сути дела, представляет собой длинный счет, выписанный Ленину историком, не особенно разборчивым в своей безнаказанности… Все то негативное, отталкивающее в советской истории, что только можно найти, собрано, подсчитано и вменено в вину Ленину… Крайний субъективизм и антиисторизм в отборе фактов и их интерпретации – все это лишает книгу какого-либо научного значения». Но именно такого рода книги, завершал статью автор, «весьма выгодны правящей верхушке».

В то время ни один другой орган печати не решался уже сказать что-либо подобное в адрес генерала, ставшего любимцем Ельцина. После смерти Волкогонова мы в журнале из этических соображений больше не возвращались к критическому разбору его произведений, хотя они, как типичное явление темного ельцинского времени, и заслуживали этого.
Вожди (комплект из 8 книг)
«Все ж Ты есть, Создатель, на небе. Долго терпишь, да больно бьешь». Эти слова бригадира Андрея Прокофьича Тюрина из солженицынского «Одного дня Ивана Денисовича», прочитанного мною сразу же после выхода в свет знаменитого ноябрьского номера «Нового мира» за 1962 год, на всю жизнь врезались в память. Не хотелось бы, конечно, говорить недоброе о покойном, но все же возьму грех на душу. Меня не покидает мысль, что сам Господь жестоко покарал отрекшегося от своего прошлого и прежних святынь генерал-полковника за то хотя бы, как тот обошелся с оклеветанным им Лениным. Поместив на обложке второго тома книги «Ленин» фотографию безнадежно больного, изможденного страданиями Владимира Ильича, Волкогонов, разумеется, никак не предполагал, какие страшные предсмертные муки ждут его самого. Его дочь в предисловии к посмертно изданной книге Волкогонова «Этюды о времени» (М., 1998) пишет, что «человек не в состоянии кривить душой перед своим смертным часом». Что ж, вполне вероятно, что, умирая в 1995-м, он задумался и пожалел о содеянном. Кто знает, может быть, ему даже приходила мысль о том, что на обложке его последней книги могла бы быть помещена и его собственная, искаженная раковыми страданиями фотография. Воплощающая в себе идею справедливости Высшая Сила не прощает гнусностей. Иуды во все эпохи неизменно плохо заканчивали свой жизненный путь.

Источник: www.alternativy.ru
Опубликовано admin в ср, 2010-04-28 12:13.



Волкогонов: Наш классовый подход к миру не противоречит общечеловеческому, а совпадает с ним (1987)
Дмитрий Волкогонов
     "Что касается реалистического подхода к выживанию цивилизации, то он всесторонне обоснован на съезде нашей партии. Важно выжить, не поступаясь своими идеалами, принципами и духовными ценностями. И наше государство, партия считают, что это возможно. Наш классовый подход к миру не противоречит общечеловеческому, а совпадает с ним. Социально достойный путь выживания лежит в плоскости компромиссов, переговоров, взаимных уступок. Но только на основе принципа равной безопасности. Пока не создан политический механизм блокирования ядерной войны (мы все верим, что рано или поздно будет создан!), мы вынуждены опираться на механизм военный. А он может успешно решать свою функцию лишь на базе паритета стратегических сил. Ныне - это основная материальная гарантия безопасности государства, наших союзников. Я бы даже сказал, что диалектическая связь между балансом военно-стратегических возможностей и безопасностью государств выступает ныне как один из законов сохранения мира в ядерный век."
Еженедельник "Аргументы и Факты" № 25 27/06/1987

     "Но Сталин не понимал, что мир на пороге новых перемен. Нужно было новое мышление, новые подходы, новые альтернативы, признающие приоритет общечеловеческого над классовым. Сталин был совершенно не способен к такой эволюции."
     "В сталинском «наследии» особое место занимала партия, но партия не в обычном понимании, а как синоним огромного идеологического ордена. Сталин до конца дней любил говорить: «мы, большевики», «нет таких крепостей, которые большевики не могли бы взять», «большевики — люди особого склада»… Целые поколения людей выросли на преклонении перед Сталиным, его идеями. В центре всех мировоззренческих установок, пожалуй, стоял классовый подход в его извращенном понимании. Марксисты, видимо, всегда абсолютизировали его, подгоняя все социальные явления под схему, основой которой был постулат: борьба классов — главная движущая сила развития. Сама идея гуманизма, общечеловеческих ценностей, морали объявлялась еретической, буржуазной, как будто гуманизм и марксизм были антиподами. О гуманистической сущности марксизма нельзя было и заикнуться. Для партийца классовое сознание — жесткая непримиримость ко всему чуждому, ко всему тому, что не согласуется с его убеждениями. Абсолютизация классового подхода, борьбы противоположностей оправдывала жесткость, насилие, нетерпимость. Классовый подход на первый план выдвинул борьбу, а компромисс, сосуществование, согласие, сотрудничество стали чем-то второстепенным. Во внешнеполитических делах это вело к конфронтации, а внутри страны оправдывало насилие и террор. Абсолютизация противоречий, реально существующих между классами, вылилась в универсальную доктрину политической и идеологической войны. "
Волкогонов Д.А. Сталин. Политический портрет. — М.: Новости, 1992.


Полностью: tekstus.livejournal.com



См. также:

- Дедков Н.И. Как я документально установил или Смею утверждать. О книге Д.А. Волкогонова Ленин. Статья. Из сборника «Между канунами. Исторические исследования в России за последние 25 лет», 2013. // rabkrin.org
     Книга Волкогонова, по сути дела, представляет собой длинный мелочный счет, выписанный Ленину. Все включено — и «картежная терминология», и «заразительный пример», и преступления Сталина, и застой времен Брежнева. Все негативное, отталкивающее в истории Советского государства, что только можно было найти, собрано, подсчитано и вменено в вину Ленину. И не беда, что для доказательства причастности Ленина ко всем бедам России не хватает фактов — аргументы подменила пламенная речь уверенного в собственной правоте «патриота-демократа»...

- Дедков Н. И. Как я документально установил или Смею утверждать. О книге Д. А. Волкогонова Ленин // Между канунами. Исторические исследования в России за последние 25 лет. — АИРО-XXI Москва, 2013. — С. 120–142. istina.msu.ru
- Дедков Н. "Как я документально установил" или "смею утверждать..." : Волкогонов о Ленине // Свободная мысль. - 1995. - N1.-С.96-110. foliant.ru

- Архив — Свободная мысль // svom.info. Наша миссия

- Книги о Ленине // leninism.su.
     Добавим, что «труд» Д. Волкогонова подвергся заслуженной критике Жоресом Трофимовым в брошюре «Волкогоновский Ленин. Критический анализ книги Д. Волкогонова "Ленин"» (М., 1997) и статье Никиты Дедкова в журнале «Свободная мысль» № 1 за 1995 г. Первый вскрыл десятки искажений фактических данных в наспех состряпанном бывшим ведущим армейским пропагандистом творении, не исключая и прямых домыслов вроде того, что «выстрелы Фанни Каплан» являются «одной из крупных мистификаций большевиков».
     Второй показал игнорирование Волкогоновым требований научности, сделав убедительное заключение:
     «Книга Волкогонова, по сути дела, представляет собой длинный счет, выписанный Ленину историком, не особенно разборчивым в своей безнаказанности... Все то негативное, отталкивающее в советской истории, что только можно найти, собрано, подсчитано и вменено в вину Ленину... Крайний субъективизм и антиисторизм в отборе фактов и их интерпретации — все это лишает книгу какого-либо научного значения». Но именно такого рода книги, заключает автор, «весьма выгодны правящей верхушке»8.
     8 Свободная мысль. 1995. № 1. С. 110.




?

Log in

No account? Create an account